...Месяц назад (ты помнишь?)
тихо упал между нами
серый перрон вокзала...
.......................................
Мы разошлись обречённо,
отчаянно не обернувшись -
я вряд ли бы выдержал сцену,
где ты от себя отрываешь
родного меня и... не можешь,
а ты не хотела увидеть,
как слёзы скрывает мужчина.
.......................................
Кажется, я забываю
весёлые вздохи кровати,
когда, позабыв о разумном,
и выгнав на улицу Время,
мы в спальне бессменную вахту
несли, наслаждаясь друг другом
под шёпот Рождественских сказок.
...............................................
...Только бесстыжие руки
в мельчайших подробностях помнят
изгибы любимого тела,
а губы хотели бы снова
на бархатной смуглости кожи
собрать воедино и выпить
нежнейшую влажность желаний...
Приобретут всеевропейский лоск
слова трансазиатского поэта,
я позабуду сказочный Свердловск
и школьный двор в районе Вторчермета.
Но где бы мне ни выпало остыть,
в Париже знойном, Лондоне промозглом,
мой жалкий прах советую зарыть
на безымянном кладбище свердловском.
Не в плане не лишенной красоты,
но вычурной и артистичной позы,
а потому что там мои кенты,
их профили на мраморе и розы.
На купоросных голубых снегах,
закончившие ШРМ на тройки,
они запнулись с медью в черепах
как первые солдаты перестройки.
Пусть Вторчермет гудит своей трубой,
Пластполимер пускай свистит протяжно.
А женщина, что не была со мной,
альбом откроет и закурит важно.
Она откроет голубой альбом,
где лица наши будущим согреты,
где живы мы, в альбоме голубом,
земная шваль: бандиты и поэты.
1997
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
