ты как солнечный зайчик, такой же светлый и неуловимый...
присоединяюсь.
пс. Игорь, быть может, Вы ещё какое-нибудь "старье" выложите здесь, если уж нового пока нет? Вас очень приятно читать. Вам веришь. :)
Спасибо, Саш. Приятно.
Может, и выложу. Покопаюсь в старых записях, и, если найду что-то дельное - выложу. Если не найду - придётся ждать новья:)
так много Бродского не было у самого Бродского. Не страшит вторичность? Не претензия - любопытство.
Внутристрочные конструкции хрупкие и воздушные. В отличии от того же И.Б., который никогда бы не написал "так безграмотный пялится на алфавит
и всё больше сбивается с толку" на описание образа уходит по две строчки. Т.е. сам факт пяленья безграмотного на алфавит уже подразумевает и описывает бестолковость занятия. Доп. описание этого эффекта не привносит новых смыслов, является по сути облегчением, упрощением.
Хочется, чтобе теснее, чтобы действие, образ и предметы существовали в строке под высоким давлением.
Это конечно не критика, а мысли на тему и имхо. Спасибо за удовльствие порассуждать. Есть о чем.
Бродского очень много.
Подражание Бродскому злокачественно, я это прекрасно теперь знаю. Но сейчас период влияния Бродского остался позади, и мне не, честно сказать, неприятно это всё вспоминать. Стишок написан под псевдонимом, это типа отмазка:)))
Хочется, да не можется. То есть, не моглось тогда, когда писалось:)
Не за что, и - в обратку - спасибо:)
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Э. Ларионова. Брюнетка. Дочь
полковника и машинистки. Взглядом
она напоминала циферблат.
Она стремилась каждому помочь.
Однажды мы лежали рядом
на пляже и крошили шоколад.
Она сказала, поглядев вперед,
туда, где яхты не меняли галса,
что если я хочу, то я могу.
Она любила целоваться. Рот
напоминал мне о пещерах Карса.
Но я не испугался.
Берегу
воспоминанье это, как трофей,
уж на каком-то непонятном фронте
отбитый у неведомых врагов.
Любитель сдобных баб, запечный котофей,
Д. Куликов возник на горизонте,
на ней женился Дима Куликов.
Она пошла работать в женский хор,
а он трубит на номерном заводе.
Он – этакий костистый инженер...
А я все помню длинный коридор
и нашу свалку с нею на комоде.
И Дима – некрасивый пионер.
Куда все делось? Где ориентир?
И как сегодня обнаружить то, чем
их ипостаси преображены?
В ее глазах таился странный мир,
еще самой ей непонятный. Впрочем,
не понятый и в качестве жены.
Жив Куликов. Я жив. Она – жива.
А этот мир – куда он подевался?
А может, он их будит по ночам?..
И я все бормочу свои слова.
Из-за стены несутся клочья вальса,
и дождь шумит по битым кирпичам...
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.