Ничто не может без изъяна
Существовать из года в год.
И смак вечернего кальяна,
Что было раньше, не вернет.
Ты растерял себя не сразу,
По капле, больно, но любя.
Как будто подчиняясь сглазу…
А я все верила в тебя.
Теперь превысил дозировку,
Желаний не скрываешь вслух.
А я растратила сноровку –
Делить себя, на нас, на двух.
Усталость, видимо, сказалась:
Стоять, как ангел, за спиной.
И теплоту сменила жалость
В пространстве меж тобой и мной.
В полдневный жар в долине Дагестана
С свинцом в груди лежал недвижим я;
Глубокая еще дымилась рана;
По капле кровь точилася моя.
Лежал один я на песке долины;
Уступы скал теснилися кругом,
И солнце жгло их желтые вершины
И жгло меня — но спал я мертвым сном.
И снился мне сияющий огнями
Вечерний пир, в родимой стороне.
Меж юных жен, увенчанных цветами,
Шел разговор веселый обо мне.
Но в разговор веселый не вступая,
Сидела там задумчиво одна,
И в грустный сон душа ее младая
Бог знает чем была погружена;
И снилась ей долина Дагестана;
Знакомый труп лежал в долине той;
В его груди дымясь чернела рана,
И кровь лилась хладеющей струей.
1841
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
