Нет у меня ни слова, ни полслова,
ни взгляда, ни движения руки
для воскрешенья мёртвого былого -
того, что мы убили, дураки.
Мой потолок и сумрачен и низок,
свет люстры с каждой ночью всё тусклей.
В моём шкафу сидит костлявый призрак,
мусолящий пера гусиного огрызок
и нюхающий клей.
Мои полы сыпучий пепел кроет.
Ночами из него растут стихи.
И прошлое мне в нём могилу роет,
за то, что мы его убили, лопухи.
Ни ты, читатель, ни ультрамарин
за шторой, ни коричневая мебель,
ни сдача с лучшей пачки балерин,
ни лампы хищно вывернутый стебель
- как уголь, данный шахтой на-гора,
и железнодорожное крушенье -
к тому, что у меня из-под пера
стремится, не имеет отношенья.
Ты для меня не существуешь; я
в глазах твоих - кириллица, названья...
Но сходство двух систем небытия
сильнее, чем двух форм существованья.
Листай меня поэтому - пока
не грянет текст полуночного гимна.
Ты - все или никто, и языка
безадресная искренность взаимна.
<1987>
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
