Уважаемые человеки!
Те, кому тормознуть не в падло,
Поднимите, любезные, веки,-
Что-то мускул глядельный свело.
Что-то глаз мой знамений не видит,
и пророчеств мой слух не имет
ни в мартОвские томные иды,
не в ноябрьский сугробный намет.
Стал я слепо-глухим истуканом
замороженным чем-то внутри,
все пытаюсь граненым стаканом
разморозить на раз-два и три.
Так стараюсь, что надо, услышать,
как хочу, кого нужно, понять.
Но лишь :"как бы чего-то не вышло..
вспоминать.. догонять.. твою мать.."
Этот шепот пустой и глумливый
забивает музЫку вокруг,
шум цветущей сакуры и сливы,
и дыханье твое, милый друг.
Как бы мне от себя отрешиться,
убежать мне куда от себя,-
в лужах так надоевшие лица
и вода, в тех же листьях, вода.
Что ж, добавлю стаканом граненым
пару радуг на замкнутый круг
и пускай человечком зеленым
боль моя , да на скошеный луг.
Может вовсе оглохно-ослепну,
чтоб пропал этот шепот внутри,
где лопочет танцмейстер-прозектор:
"раз-два-три, раз-два-три, раз-два-три.."
/Сэм/18:19 27.09.2010
В какой бы пух и прах он нынче ни рядился.
Под мрамор, под орех...
Я город разлюбил, в котором я родился.
Наверно, это грех.
На зеркало пенять — не отрицаю — неча.
И неча толковать.
Не жалобясь. не злясь, не плача, не переча,
вещички паковать.
Ты «зеркало» сказал, ты перепутал что-то.
Проточная вода.
Проточная вода с казённого учета
бежит, как ото льда.
Ей тошно поддавать всем этим гидрам, домнам
и рвётся из клешней.
А отражать в себе страдальца с ликом томным
ей во сто крат тошней.
Другого подавай, а этот... этот спёкся.
Ей хочется балов.
Шампанского, интриг, кокоса, а не кокса.
И музыки без слов.
Ну что же, добрый путь, живи в ином пейзаже
легко и кочево.
И я на последях па зимней распродаже
заначил кой-чего.
Нам больше не носить обносков живописных,
вельвет и габардин.
Предание огню предписано па тризнах.
И мы ль не предадим?
В огне чадит тряпьё и лопается тара.
Товарищ, костровой,
поярче разведи, чтоб нам оно предстало
с прощальной остротой.
Всё прошлое, и вся в окурках и отходах,
лилейных лепестках,
на водах рожениц и на запретных водах,
кисельных берегах,
закрученная жизнь. Как бритва на резинке.
И что нам наколоть
па память, на помин... Кончаются поминки.
Довольно чушь молоть.
1993
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
