Пусто и холодно, мерзко, осколком на дне нерастаявший лёд
С привкусом горечи терпкой залпом испитого крепкого «после».
Запах аниса, оскомина, время придирчиво всё изотрёт,
Всё отболит, отживёт, неоправданно сроки закончатся возле,
Самого края, на рёбрышке, на острие, просочились, скользят
Блики и пятна, отсветы, тусклые тени настольной лампы.
Газ в зажигалке иссяк, сигарета потухла, в который подряд
Ты обознался, рискнув, подбирая шаблоны, макеты, штампы.
Всё своё имя и место имеет - ячейку надёжно закрыть,
Снова никем не заполнить пространство свободных по сути линий,
След благородных мазков, совмещённых оттенков, взболтать – налить,
Цедишь вторую помельче, итоги не стоили тех усилий,
Даром затраченных нервов, распахнутых глаз. В зеркалах рассвет
Вновь отражает похмелье, в стакане воды, аспирин, простуда,
Лифт или лестница, мечешься, стрелки в обратную, выхода нет,
То, что сюда привело, не спасёт, не поможет убраться отсюда.
Вечерняя станция.
желтая заря...
По перрону мокрому
я ходила зря.
Никого не встречу я,
никого, никого.
лучшего товарища,
друга моего...
Никуда не еду я
никуда, никуда...
Не блеснут мне полночью
чужие города.
Спутника случайного
мне не раздобыть,
легкого, бездомного
сердца не открыть.
Сумерки сгущаются,
ноют провода.
Над синими рельсами
поднялась звезда.
Недавней грозою
пахнет от дорог.
Малые лягушечки
скачут из-под ног.
1935
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
