На Острове моём стали исчезать миражи. Куда-то пропала Стеклянная Роща – маленькое тесное чудо, обиталище Белого Лица. Белого Лица, подолгу глядевшего на меня сквозь оптическую несуразицу и алмазный снег, когда встречались мы с ним. Что-то порхало там и помимо – зеркальные бабочки какие-то, какие-то хрустальные птицы мелькали в невозможной тесноте среди плавно разветвляющихся в единую сосудистую систему стволов, но несомненно, что игрушка эта была обиталищем Белого Лица с глубокими, но совершенно бесцветными глазами, подолгу глядевшего на меня оттуда, когда встречались мы на одной дороге. У миража этого была одна игрушечная загадка. Стоило только найти нужный угол зрения – и Белое Лицо уходило, а в ближайшем стекловидном теле Рощи появлялись фигурки двух бредущих чудовищ: колченого верзилы с обожжённой собачьей мордой и огромноголовой коротышки с каменным лицом... бредущих по бесконечной дороге, спиралью пропадающей в глубине стекла...
...и вот этот мираж исчез. Кто-то из вороватых демонов, покидая мой мир, прихватил с собою красивую вещицу, полагая, видимо, что забирает всего лишь память, а может быть, и ничего не полагая, а просто – прихватил и всё тут, а вы там – как знаете...
Исчезла Музыкальная Беседка За Поворотом, выполненная искусным резчиком в стиле Второй эпохи Летних Царств из тёмно-жёлтой слоновой кости с эмалями миниатюр в овальных медальонах, с пёстрою черепичною крышей и бронзовым флюгером-буквой на сияющем шаре, с маленькими бронзовыми монахами в нишах вдоль карниза. Монахи непрерывно кланялись и улыбались, а по низу, вокруг, ходили бронзовые кентавры, стреляли из бронзовых луков и побеждали маленьких бронзовых драконов.
Внутри беседки, если заглянуть в одно из ажурных окошек, помещался целый оркестр из настоящих музыкантов и с дирижёром, но – как бы далеко и во мраке, под люстрой со множеством тусклых свечей. И довольно часто слышна была очень тихая мелодия неописуемой прелести и печали.
И беседка пропала следом.
А – вспомнить Стрекочущую Лестницу из переменчивого и слегка прозрачного вещества, из ненадёжного стрекочущего вещества, битком набитого мельтешеньем золотых и серебряных буковок-инфузорий! По лесенке всегда поднимался маленький белый человечек с белым кувшином за плечами, который исчезал, поднявшись, а по лестнице начинал подниматься лиловый человечек с лиловым кувшином - и тоже исчезал, и появлялся оранжевый... и так – без конца.
Там пустота теперь, меж двух утёсов, подобных башням.
Да и летучего городка, где круглые сутки копошатся микроскопические обитатели его и над которым всё время лопаются и плывут фейерверки и кувыркаются карнавальные ракеты, не найти мне в блужданиях моих теперь – унесли, всё унесли с собою бессовестные эти создания!
Нет-нет, это они - бродячие демоны, я знаю, я точно знаю!
Уж Озеро-то Медных Ключей с Башней Колдуна на треугольной скале точно утащили они - я сам видел! Они оставляют мне только кошмары и голые берега.
И ещё они оставляют любовь и ненависть – горе тому, кто останется один на один с любовью, а вокруг – ни оркестров, ни фейерверков, ни Полян Сновидений!
Как жаль, что тем, чем стало для меня
твое существование, не стало
мое существованье для тебя.
...В который раз на старом пустыре
я запускаю в проволочный космос
свой медный грош, увенчанный гербом,
в отчаянной попытке возвеличить
момент соединения... Увы,
тому, кто не умеет заменить
собой весь мир, обычно остается
крутить щербатый телефонный диск,
как стол на спиритическом сеансе,
покуда призрак не ответит эхом
последним воплям зуммера в ночи.
1969
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
