Мой добрый читатель, видел ли ты когда-нибудь Покрова на Нерли ? Не на картинке из школьного учебника, а в живую, лицом к лицу? Харей своей к лику?
Летящий храм над водой. Над нашей водой.
Конец апреля, - неуемный бред владимирской вишни. Видел ли ты, мой добрый читатель, цвет владимирской вишни? Рай струится с горы на подол.
И в этом бреду ты уже нигде, ты уже никто, и звать тебя никак- имярек растерянный. Благоговеющий немой. Стоишь, смотришь и не знаешь ничего – все забыл, только образ - цвет вишни и Покрова на Нерли.
Только Покрова на Нерли.
Не знаю как ты, мой добрый читатель, но когда я впервые увидел ЭТО, я понял, что есть такое право, есть такое счастье, есть такая должность, есть такое естество – крест тяжкий на спину- быть русским.
Боль за свою Родину, - кричи, вой, матерись и молись тихонько, - есть право быть навсегда – быть русским! Душа наша витает над водами!
И бысть миру. И нам быть.
Я готов произнести в слух: Аз есмь!
О да! Лучше только украинская ночь и Днепр при тихой погоде...
:)
Зыф, это смотря для кого. Может малайцу милее три одинокие пальмы, белый до боли в глазах песочек и лазурное море до горизонта:)
Ведь наверняка милее :) А для меня - это баунти, а он влюблён.
Три пальмы, бунгало с банановой крышей,
над морем лазоревый дым...
Да разве малаец, как Гоголь, напишет?
Да разве напишет, как КИМ?
:)
Зыф, это смотря для кого. Может малайцу милее три одинокие пальмы, белый до боли в глазах песочек и лазурное море до горизонта:)
Ведь наверняка милее :) А для меня - это баунти, а он влюблён до потери сознания.
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
В какой бы пух и прах он нынче ни рядился.
Под мрамор, под орех...
Я город разлюбил, в котором я родился.
Наверно, это грех.
На зеркало пенять — не отрицаю — неча.
И неча толковать.
Не жалобясь. не злясь, не плача, не переча,
вещички паковать.
Ты «зеркало» сказал, ты перепутал что-то.
Проточная вода.
Проточная вода с казённого учета
бежит, как ото льда.
Ей тошно поддавать всем этим гидрам, домнам
и рвётся из клешней.
А отражать в себе страдальца с ликом томным
ей во сто крат тошней.
Другого подавай, а этот... этот спёкся.
Ей хочется балов.
Шампанского, интриг, кокоса, а не кокса.
И музыки без слов.
Ну что же, добрый путь, живи в ином пейзаже
легко и кочево.
И я на последях па зимней распродаже
заначил кой-чего.
Нам больше не носить обносков живописных,
вельвет и габардин.
Предание огню предписано па тризнах.
И мы ль не предадим?
В огне чадит тряпьё и лопается тара.
Товарищ, костровой,
поярче разведи, чтоб нам оно предстало
с прощальной остротой.
Всё прошлое, и вся в окурках и отходах,
лилейных лепестках,
на водах рожениц и на запретных водах,
кисельных берегах,
закрученная жизнь. Как бритва на резинке.
И что нам наколоть
па память, на помин... Кончаются поминки.
Довольно чушь молоть.
1993
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.