Первый раз я увидела тебя ранней весной. Не люблю раннюю весну и позднюю осень - в них живет осколок зимы. Наткнулась однажды на репродукцию картины какого-то художника под названием «Весна» в глянцевом журнале: серый лес с потухшим взглядом и сдохшая речка в плевках снега. Черно-белая фотография довоенных времен в пигментных пятнах старости. Весна…
Я шла по улице, лил дождь. Стеной. И я шла сквозь эту стену туда, не знаю куда. В правой руке крепко держа большой черный зонт-трость, во рту перекатывая ириску. Левый глаз спал, а правый с интересом разглядывал немногочисленных прохожих. Вороний внутренний голос комментировал увиденное. Левой рукой я перебирала мелочь в кармане пальто. Пальто у меня ярко-оранжевого цвета - протест буро-серой весне.
Я шла. Обычная девушка. По обычной улице. В обычный день. И тут я увидела тебя. Сначала возникло ощущение, что кто-то невидимый схватил меня за руку и крепко держит, и, глянув на запястье, я увижу ровные кругляшки синяков черно-фиолетового цвета. Проклятая нежная кожа. Синяков не было. Но кто-то держал меня за руку! Ты? Я стояла и смотрела на тебя. Так смотрит слепой. Остановившимся взглядом. Казалось, что вся я через глаза ухожу к тебе, только физическая оболочка в ярко-оранжевой обертке, вцепившись в зонт, стоит посреди улицы. Все это длилось тридцать секунд. Я всегда чувствую время. Если тридцать секунд разбить на мгновения, получится внушительная цифра. Внушительное количество времени я стояла и смотрела на тебя. Потом меня толкнули. В спину. «Встала тут, корова!» - нечто похожее на женщину прошло мимо, стукнув меня по ноге авоськой и обдав запахом чужого тела. Я поморщилась. А ты смотрел на меня. Ты. Такой элегантный, ухоженный, такой красивый… Мне стало неловко. Я повернулась и пошла в противоположную сторону. От тебя.
Потом пришла именно та весна, из-за которой моё серце заходится в пляске святого Витта. Краски в одночасье набрали сочность – так распускается цветок. В явленном есть что-то нежное. В красках, в воздухе, в людях. Весна была повсюду, ее запах уже витал в воздухе и, как бы забавляясь, окутывал собой все живое, играя в прятки. Я спешила на встречу, разговаривая по телефону. Не люблю разговаривать на ходу. Ненавижу телефонные разговоры: когда не видишь глаз, и какой-то механически искаженный голос что-то бубнит тебе в ухо. Я уже забыла о тебе. Человеческая память избирательно странная. До сих пор помню все номера телефонов своих знакомых и даты их рождения, а о тебе забыла. Может быть, мне хотелось забыть. Но тут я снова увидела тебя. И жаркая волна узнавания накрыла меня с головой. Опалило лицо. Я побоялась подойти к тебе совсем близко. Недопустимо близко, по моим понятиям. Стояла в сторонке и пялилась на тебя, как ребенок. Тридцать секунд. Тридцать секунд. Короткие гудки из телефонной трубки. Мой остановившийся взгляд. Осознание, что фатально влюбилась. В тебя. Каждое утро я старалась пройти по этой улице, чтобы случайно или неслучайно увидеть тебя. Две случайности рождают закономерность. С колотившимся сердцем я шла по улице, где дважды увидела тебя. Каждое утро. Делала огромный крюк по дороге на работу, теряя драгоценное время. Но никакие потери времени не могли сравниться с той эйфорией, которая охватывала меня, когда я встречала тебя. Я готовилась к этой встрече. Каждое утро. И после - чувствовала странное опустошение внутри. Мне хотелось тобой обладать. Мне хотелось в любой момент прикоснуться к тебе в своей невыразимой ничем, кроме жеста, нежности. Но я могла только любоваться тобой. Со стороны. Все чаще я стала думать, что мы с тобой прекрасно смотрелись бы вместе. Я готова была на всё ради этого…
С тех пор прошло много времени. Тридцать секунд в миллионной степени. Ты со мной. Я могу прикоснуться к тебе, погладить, тихо выговаривая: «Мой. Любимый. Чертовски. Элегантный. Черный. Брючный. Костюм».
Один раз "!" и целых два раза "))"? -Штирлиц всерьез задумался о шифровке из Центра.
Не ударишь наотмашь изменой,
Не процедишь *пока* отстраненно,
И не скажешь:* Грядут перемены!*
В зимний вечер - усталый и томный.
Не уедешь домой по привычке,
Не обидишь презренья молчаньем,
И не вспыхнешь мгновенно, как спичка,
На мое - невпопад - замечанье.
Не надуешься мышью на гречку
От того, что мой тон неуместен,
И прощально - торжественной речью
Не заменишь счастливую песню.
Мы вдвоем - это здорово, право!
Мы - взаимной любви парадигма,
Ты навеки со мной , - милый, славный,
Днем и ночью - всегда, АППЕТИТ МОЙ!
:-)))
Прелесть, прелесть! Аппетит он такой да! Самый лучший друг!Я вообще уверена, что если хорошенько не поесть,то откуда ж взять силы на борьбу с полнотой?!
:)))
А знаешь, что больше всего впечатлило? Нет, не развязка - я как раз с самого начала гадала, что это? Платье? Пальто? Купальник?
"серый лес с потухшим взглядом и сдохшая речка в плевках снега" - вот это. Это же точка отсчета, от которой всё начинается. Ну, то есть, вообще всё.)
Прости, но увидев "До сих пор помню все номера телефонов своих знакомых и даты их рождения", не могу не дать ссыль. Двойняшка как есть.))
http://www.reshetoria.ru/user/ole/index.php?id=17044&page=1&ord=0
Спасибо, Олечкин, мне понравилось твоя миниатюра:-)
Насчет что бы это могло быть, я вот сейчас все больше склоняюсь к платьям:-))
По поводу чисел мне вспомнилась моя приятельница, котора пришла на прием к хирургу и на его вопрос, сколько вам лет? ответила:
- Двадцать четыре... Нет, двадцать пять... Двадцать шесть? А!Двадцать восемь!
Ну неет, жалко, что не про людей. Тогда бы про машину уже лучше бы, это было бы оправдательно-по-детски.А так... я расстроилась.(
Мышкин, у нас было разное детство:-) Меня в детстве машинки интересовали в самую последнюю очередь:-) Я предпочитала кукол, причем сделанных из картона, которым можно было рисовать наряды.
Не расстараивайся:-)
З.Ы. А подобную мини, но про любовь к машине я таки читала на каком-то из лит.сайтов, в исполнении таки мужчины:-)
концовка убила наповал))))
Ну, как говорят некоторые компетентные товарищи, концовка вполне пресказуемая,Тань:-) Так что реанимируйся:-)))
о, да, в стиле О.Генри :)
но я стал подозревать такой финал где-то в середине (неуловимо затянутое нежелание назвать героя сразу) понравилось!
Да что ж вы такой прозорливый, Гений?!
Спасибо за отзыв:-)
а из "искорок" моих финал про мобильный откуда думаете? гении они все такие :)
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Слава прабабушек томных,
Домики старой Москвы,
Из переулочков скромных
Все исчезаете вы,
Точно дворцы ледяные
По мановенью жезла.
Где потолки расписные,
До потолков зеркала?
Где клавесина аккорды,
Темные шторы в цветах,
Великолепные морды
На вековых воротах,
Кудри, склоненные к пяльцам,
Взгляды портретов в упор...
Странно постукивать пальцем
О деревянный забор!
Домики с знаком породы,
С видом ее сторожей,
Вас заменили уроды,-
Грузные, в шесть этажей.
Домовладельцы - их право!
И погибаете вы,
Томных прабабушек слава,
Домики старой Москвы.
1918
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.