Назидательное чтение для детей пубертатного возраста (на турнир)
Королевской чете с наинижайшим поклоном
Был полдень. Примерно середина двадцать первого века. На самой окраине Суперновой Москвы, километрах примерно в четырехстах от ея центра, стояла богом забытая халупа. Ну, как халупа - всего-то пять комнат и два санузла, гектар огорода и гараж на три машиноместа. Скромно, конечно, но жить можно. Опять же, на чей вкус.
Жили в той халупе старик со старухою. Но это с чьей точки зрения. Вообще-то, старику тридцатник в тот год стукнул, а старуха даже и помладше была, но ребятня окрестная к ним обращалась не иначе, как "бабушка" да "дедушка". Да и не мудрено: оба седые, сгорбленные, старуха-то даже и с палочкой.
И вот однажды налетела страшная гроза: огород градом побило, щиты рекламные сами упали и забор повалили, Москва в пробках встала. Ближе к вечеру старик услыхал звонок домофона. Оказалось - страховой агент, до нитки промокший, на ночлег просится.
Ну, старик незлобивый был, дверь открыл. Агента на кухню провел, за стол усадил, знакомиться стали. "Серега - Никита".
Глядел агент Никита на деда Серегу и диву давался. Дед Серега по кухне на электрическом кресле ездил, на кнопки нажимал. Нажмет одну - кресло газу дает и вокруг плиты пируэт выписывает. Нажмет другую - кофеварка шипеть начинает. Нажмет третью - тарелки из шкафчика выпрыгивают, на лету яичницу принимают и на стол приземляются.
Поинтересовался Никита осторожно, почто Серега в кресле перемещается, неужто инвалид. Оказалось, нет, просто ходить не хочется Сереге, ноги переставлять. Гораздо прикольнее в кресле разъезжать. Да и готовить Серега не любит, даже чай заварить - и то лень. Вот и наизобретал он всяких штучек, чтобы самому ничего не делать. С кресла третий год не встает.
- А что жена поделывает? - не унимался Никита.
- А что жена, - удивился дед Серега. - Жена как жена. Сейчас спрошу, что поделывает. - Подкатил Серега к ноутбуку, в Сеть вошел, в почту и письмецо двумя пальцами натюкал: "Катька, подь на кухню, у нас гости".
"Вот это да, - подумал Никита. - Муж с женой, живя в одном доме, почтой переписываются".
Вошла Катерина. В одном ухе наушник, смартфон подмышкой. Рукой за стенку держится. От слабости.
- Чего, Серег, - спросила, - прогу какую вырубило? Сейчас переинсталлирую.
- Программистка она у меня, - Серега с умилением объяснил.
Глядел на них Никита, глядел и спрашивает:
- А детишки-то есть?
Какие детишки? Не понимают его супруги.
- Детишек ведь аист приносит, - предположила Катерина.
- Не, детишек в "Озоне" заказывают - сказал Серега. - С доставкой. Но нам-то зачем? Мы уже старые.
Глядел на них Никита, глядел и думал: "Эх вы, программисты и юзеры! Совсем в виртуале потерялись. Ну, ничего, я это дело поправлю. Волшебник я или нет?"
Ближе к полуночи гроза утихла. Катерина к тому времени ушла в "Одноклассниках" переписываться, а дед Серега вовсю в "Варкрафт" рубился. Как Никита ушел, никто и не заметил.
Зато заметил Серега, что игра ему... надоела, что ли? Поднял он голову, огляделся, плечи расправил. Захотелось с кресла встать. Катерину увидеть. Что за чушь? Зачем ему среди ночи старуху свою видеть?
Но какая-то сила увлекла его. Поднялся Серега, помолодевшим себя ощутил. Взглянул по сторонам, хлопнул крышкой ноутбука. Прошел в спальню. Катерина, без горба и без палочки, у зеркала стояла, косу распустила, блики от ночника в волосах играли.
- Катя, - прошептал Серега. - Какая ты у меня красивая!
Обомлела Катя, потому как никогда слов таких от него не слыхала. Ведь и до свадьбы, и во время свадьбы, и после нее оба исключительно в Интернете жили, друг друга не видя.
- Сереженька! Да ты какой-то совсем другой!
Подбежала к нему Катерина, обняла за шею крепко-крепко и поцеловала. И понял Серега, что кнопки кнопками, а ничего слаще ее теплой кожи нет на свете. И ресницы ее, и губы, и ямочки на щеках, и грудь ее мягкая, и живот прохладный, а уж то, что дальше...
Очнулся Серега под утро, глаза раскрыл, первая мысль: "Как Катя? Спит..." А ведь раньше-то было: "На каком уровне меня сбили?"
И захотелось ему кофе любимой заварить, чтобы от запаха дивного она проснулась. И непременно самому, в медной турочке и на газу, а не в кофеварке заграничной.
И проснулась Катя, с закрытыми глазами аромат кофе втянула и произнесла слова волшебные:
- Люблю тебя, Сереженька! И чувствую, что будет у нас маленький".
Только зеркало зеркалу снится,
Тишина тишину сторожит...
Решка
Вместо посвящения
По волнам блуждаю и прячусь в лесу,
Мерещусь на чистой эмали,
Разлуку, наверно, неплохо снесу,
Но встречу с тобою — едва ли.
Лето 1963
1. Предвесенняя элегия
...toi qui m'as consolee. Gerard de Nerval
Меж сосен метель присмирела,
Но, пьяная и без вина,
Там, словно Офелия, пела
Всю ночь нам сама тишина.
А тот, кто мне только казался,
Был с той обручен тишиной,
Простившись, он щедро остался,
Он насмерть остался со мной.
10 марта 1963
Комарово
2. Первое предупреждение
Какое нам в сущности дело,
Что все превращается в прах,
Над сколькими безднами пела
И в скольких жила зеркалах.
Пускай я не сон, не отрада
И меньше всего благодать,
Но, может быть, чаще, чем надо,
Придется тебе вспоминать —
И гул затихающих строчек,
И глаз, что скрывает на дне
Тот ржавый колючий веночек
В тревожной своей тишине.
6 июня 1963
Москва
3. В Зазеркалье
O quae beatam, Diva,
tenes Cyprum et Memphin...
Hor.
Красотка очень молода,
Но не из нашего столетья,
Вдвоем нам не бывать — та, третья,
Нас не оставит никогда.
Ты подвигаешь кресло ей,
Я щедро с ней делюсь цветами...
Что делаем — не знаем сами,
Но с каждым мигом все страшней.
Как вышедшие из тюрьмы,
Мы что-то знаем друг о друге
Ужасное. Мы в адском круге,
А может, это и не мы.
5 июля 1963
Комарово
4. Тринадцать строчек
И наконец ты слово произнес
Не так, как те... что на одно колено —
А так, как тот, кто вырвался из плена
И видит сень священную берез
Сквозь радугу невольных слез.
И вкруг тебя запела тишина,
И чистым солнцем сумрак озарился,
И мир на миг преобразился,
И странно изменился вкус вина.
И даже я, кому убийцей быть
Божественного слова предстояло,
Почти благоговейно замолчала,
Чтоб жизнь благословенную продлить.
8-12 августа 1963
5. Зов
В которую-то из сонат
Тебя я спрячу осторожно.
О! как ты позовешь тревожно,
Непоправимо виноват
В том, что приблизился ко мне
Хотя бы на одно мгновенье...
Твоя мечта — исчезновенье,
Где смерть лишь жертва тишине.
1 июля 1963
6. Ночное посещение
Все ушли, и никто не вернулся.
Не на листопадовом асфальте
Будешь долго ждать.
Мы с тобой в Адажио Вивальди
Встретимся опять.
Снова свечи станут тускло-желты
И закляты сном,
Но смычок не спросит, как вошел ты
В мой полночный дом.
Протекут в немом смертельном стоне
Эти полчаса,
Прочитаешь на моей ладони
Те же чудеса.
И тогда тебя твоя тревога,
Ставшая судьбой,
Уведет от моего порога
В ледяной прибой.
10-13 сентября 1963
Комарово
7. И последнее
Была над нами, как звезда над морем,
Ища лучом девятый смертный вал,
Ты называл ее бедой и горем,
А радостью ни разу не назвал.
Днем перед нами ласточкой кружила,
Улыбкой расцветала на губах,
А ночью ледяной рукой душила
Обоих разом. В разных городах.
И никаким не внемля славословьям,
Перезабыв все прежние грехи,
К бессоннейшим припавши изголовьям,
Бормочет окаянные стихи.
23-25 июля 1963
Вместо послесловия
А там, где сочиняют сны,
Обоим — разных не хватило,
Мы видели один, но сила
Была в нем как приход весны.
1965
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
