Вообще-то, надежды на этот сайт были большие. Программно-технически организован очень хорошо – отличная, продуманная система навигации и статистики, различные опции по получению всевозможной информации и т.д. Рассчитывал на полемику на нём, на споры, как это было на "Решетории". Но оказалось, что это не совсем, а если вернее, совсем не клуб для общения. Сначала был даже удивлён, когда в оставленном им комментарии на стихотворение одного молодого автора, похвалил сайт, а тот ответил, что от Проза.ру "бывает, что и воротить". Написал ему, что здесь недавно, всего две недели, в общем и целом – нравится. В ответ получил уточнение: "в зоопарках всегда поначалу интересно".
Посчитал эту оценку излишне резкой и несправедливой. Но увидел, что подобные оценки были не единичны. Продолжая публикацию глав своей повести, то есть, бывая на сайте каждый день, да и не по одному разу, стал помаленьку вникать в жизнь этого своеобразного сообщества.
Артём решил рассказать об этом довольно-таки подробно, поскольку это литературное сообщество является как бы некой упрощённой, но наглядной моделью общества вообще.
Идея у создателей сайта была следующей.
1. Всем желающим опубликовать свои литературные произведения, дать такую возможность. То есть, вроде как вот оно вам – общество равных для всех возможностей.
2. Организовать сайт так, чтобы авторы этих публикаций сами определяли бы лучшие, или наиболее интересные произведения. Чтобы по результатам такого внутреннего отбора выявлялись бы претенденты на публикацию в бумажном виде. И опять идея хороша – твори, и твой талант будет замечен, и не каким-то там чиновником-издателем, а такими же, как и ты.
3. Создана целая система накопления очков, баллов. Учитывается количество собственных публикаций (минус 5 баллов за каждую новую), число побывавших на них читателей (1 бал за каждого нового читателя), количество рецензий, написанных на чужие публикации (1 балл), рецензий, полученных на собственные произведения (3 балла за рецензию). По поводу того, что за каждое вновь опубликованное произведение производится именно снятие пяти баллов, а не прибавление, сделано вполне логичное разъяснение: "Почему за рецензии и читателей баллы прибавляются, а за публикацию произведения вычитается? Это аналогично ситуации, когда вы издаете книгу: сначала вкладываете деньги в её печать, а затем зарабатываете на продажах. Также и у нас, вычтенные 5 баллов компенсируются читателями и рецензиями на это произведение".
4. Накопленные виртуальные балы (которые, впрочем, можно не копить медленно и упорно, а купить за реальные деньги) можно затем использовать для рекламы и продвижения своего произведения (далее цитата с сайта) – "Вы можете разместить ссылку на свое произведение в специальном списке "Авторы рекомендуют" на главной странице или других посещаемых страницах".
Идея сама по себе вроде бы умная и здравая. За что же сайт критикуется? Вот что, например, пишет автор статьи "Рейтинг самых тупых авторов Прозы.ру", опубликованной тут же:
"...в рейтинге, я размещаю многочисленную тусующуюся публику, расценивающую свои псевдоинтеллектуальные движения как ценный продукт.
– Прочитайте мои "Розы и морозы". Они восхитительны!
– Обязательно душечка! Но только Вы сначала прочитайте мой "Лёд, любовь и морковь".....
– Нет уж, сначала Вы!
– Не извольте настаивать, я умнее!!!
– А я талантливееее......"
Автор статьи пишет:
"Что происходит с нашим любимым сайтом?! Почему его оккупировали полоумные блоггеры, дискредитирующие сайт и превращающие его в помойку? Почему в замечательных разделах "История и политика" или "Философия" натыкаешься на невменяемых пророков и юных гитлеров? Почему пустуют разделы типа "литературные обзоры"? У меня есть одно объяснение. Качественные авторы, способные наполнять сайт добротным материалом, вымываются с Прозы.ру под воздействием хамства со стороны их вульгарных конкурентов. Отсутствие вменяемых отзывов на серьезные работы заставляет реже и реже посещать "Прозу". Неужели можно всерьез говорить о равноправии качества и идиотства? Или механизм свободной публикации нуждается в изменениях. Плюнуть бы на Прозу.ру, но альтернативы нет".
Артём оставил на статью следующую рецензию:
"Ругать или хвалить можно лишь конкретных людей за конкретные качества или поступки. Когда ругают всё общество в целом, значит, или ставят себя над ним, над обществом, или ругают таким образом самого себя. Сам проект Проза.ру, в принципе-то, не хуже любого сообщества людей. Я понимаю, если бы были претензии по техническим вопросам – навигация на сайте и т.п. А то претензия к тому, что люди, мол, не все умные и талантливые... Так ведь какие уж есть, все мы вот здесь и есть – люди-человеки. И не приведи Господь, если мы все вдруг талантливыми окажемся. Вот уж тогда точно террариум будет. Это ведь все мы и есть – "полоумные", "невменяемые", "вульгарные", "расценивающие свои псевдоинтеллектуальные движения как ценный продукт" и т.д. и т.п. И никуда вы от "нас" не денетесь, куда бы вы не пришли, там обязательно и "мы" будем. А если попытаетесь какую-то изоляцию, отсев делать – так это "высшее общество" ещё только хуже будет, поскольку создаётся по некоему "расовому" принципу. Недовольны народом – прилагайте свои усилия на то, чтобы делать его лучше. Нет к этому желания – не ворчи на народ, "сам такой".
Ответа, как такового, не получил, если не считать за ответ то, что автор статьи посчитал, видимо, за "шутку юмора":
"У меня все ходы записаны"!
А ещё он в статье предусмотрительно сделал такую оговорку:
"Несомненно, что первое место в подобном рейтинге я оставляю за собой. Только очень тупой человек может всерьез надеяться на какие-либо позитивные изменения на столь массовом сайте".
Я, мол, тупой, но не потому, что тупой, а потому, что имею глупость надеяться, что другие наконец-то поумнеют. Так-то вот хитро-мудро, вроде бы и себя вместе со всеми тупым обозвал...
Много статей и полемики на сайте о том, как трудно быть замеченным крупным книжным издательством, попасть в план издания, публикуются, мол, в основном, авторы, попавшие в некую обойму. Артём всей этой издательской кухни не знает, поэтому не может судить о справедливости этих упрёков. Но ведь видно же, что многим авторам с Проза.ру тоже можно предъявить упрёки – их претензии на издание их опусов не очень-то подкреплены их качеством.
Одна из авторов статей по обсуждению этих вопросов, довольно-таки рассудительно говорит об этом с позиции издателей: "Тому, кто вкладывает деньги, хочется, чтобы они хотя бы вернулись к нему назад (это при несомненной симпатии к нам), а лучше, если прибыль принесли. Писателей слишком много, на всех не хватит читателей".
Со временем Артём всё более стал понимать того молодого автора, который назвал это литературное сообщество зверинцем. Вся эта бальная система не общение нормальное предполагает, а стимулирует набор этих самых призовых очков. Какое-то подобие дискуссий он нашёл лишь при обсуждении статей типа "Рейтинг самых тупых авторов Прозы.ру". Да и то, там не столько дискуссии были, сколько перемалывание косточек издателей и жалобы на то, что их, авторов, "не понимают". В общем, тут как какая-то ярмарка тщеславия, выставка невест – и политесы друг с другом разводить надо, чтобы не в углу сидеть, а себя показывать и о себе заявлять, и стараться на первый ряд протолкнуться – авось увидят, "купят". По чужим произведениям постоянно ходят, поскольку оставляется пометка о посещении, и как бы приглашение к ответному визиту – это же призовые очки. Пустые взаимные рецензии друг другу оставляют – гонка за этими очками. Ходить-то по чужим страницам ходят, но читают друг друга мало, читать любят лишь себя. Видимо, самые равнодушные читатели – это люди пишущие. При этом постоянно обижаются на других за невнимание к своему творчеству. Есть, наверное, и графоманы, но Артём не считал себя компетентным делать какие-то для кого-то выводы по этому вопросу.
К месту вспомнились слова из папируса Присса (приобретён в Египте в 1839 году французским археологом Эмилем Присс д’Авенном), считающегося одним из самых древних памятников письменности, ему около 6000 лет: "К несчастью, мир сейчас не таков, каким был раньше. Всякий хочет писать книги, а дети не слушаются родителей".
Надо обязательно сказать для некоторых, не очень просвещённых относительно интернета читателей, что публикация чего-либо в нём – это совсем не значит, что это что-то сразу же становится доступным всему миру, или хотя бы миллионам людей, говорящих с тобою на одном языке. Доступно-то оно доступно, да вот только вероятность попадания читателей именно на твои страницы, среди многих миллиардов прочих страниц, крайне невысока. А поскольку тебя знать никто не знает, и специально поиском твоих страниц не занимается, то если на них каким-то случаем кто и попадёт, то вряд ли их прочитает. В этом смысле бумажное издание, даже с тиражом лишь в 1000 экземпляров, видится более надёжным. По крайней мере – это уже что-то в вещной форме, лежит на книжной полке в магазине ли, или ещё лучше – у тысячи читателей. Это гораздо лучше, не то что в интернете, в виртуальном виде, условно доступное для многих миллионов. Вот ведь папирус Присса мы и через 6000 лет после его написания читаем, хотя он и вообще был "издан" лишь в единственном экземпляре. Тут, правда, надо должное его автору отдать. Это ведь не какие-то рабочие записи какого-то древнеегипетского купца. В нескольких словах сказано то, что и сейчас, через 6000 лет так же актуально. Вот она где, вечная-то слава!.. А что значат твои виртуальные публикации в интернете с мнимой общедоступностью? Ничего!.. Разве что можно рассматривать это как некую лабораторию для наработки писательских навыков, с возможностью какого-то читательского внимания, может, и нечастого, и не очень подробного. Всё не "в стол" писать – так ранее, до компьютерной эры говорили...
Вероятнее всего, многие авторы с Проза.ру расценивают для себя шансы на бумажное издание, как нулевые, или практически так. Им хватает самокритичности в оценке своих произведений. Но их написание, участие в проекте Проза.ру, критика и возмущение вместе со всеми по вопросам издательской политики – это своего рода игра, для них очень нужная, которая позволяет им быть, или казаться, или создавать видимость того, что и они являются участниками какого-то общественного процесса, а также своего личного – творческого. Бывает, что по умности, по значимости этого своего участия, и, естественно, по непонятости другими его значения и нужности для общества, ставят себя на первые места, или близко к тому. "Гораздо сложнее понимать гения, чем быть им", Зоран Питич, один из авторов Проза.ру. У кого-то такая идея о своей значимости может быть довольно-таки на серьёзном уровне – это уже почти клинический случай. Для кого-то – это лишь часть их игры. (Эту мысль об игре следует отметить и запомнить, мы к ней ещё будем возвращаться.) Но есть авторы, как говорится, адекватные, есть и очень интересные. У Артёма начал складываться свой круг общения на этом сайте. Какие-то произведения своих новых знакомых он включил непосредственно в текст своей книги, какие-то – как приложение к ней. То есть, общение-то, оказывается, возможно. Надо лишь интересных для тебя людей найти. Но для этого надо, конечно, хорошо поработать – чтобы подобрать качественные и подходящие ему произведения, немало сотен страниц пролистал.
Словно пятна на белой рубахе,
проступали похмельные страхи,
да поглядывал косо таксист.
И химичил чего-то такое,
и почёсывал ухо тугое,
и себе говорил я «окстись».
Ты славянскими бреднями бредишь,
ты домой непременно доедешь,
он не призрак, не смерти, никто.
Молчаливый работник приварка,
он по жизни из пятого парка,
обыватель, водитель авто.
Заклиная мятущийся разум,
зарекался я тополем, вязом,
овощным, продуктовым, — трясло, —
ослепительным небом на вырост.
Бог не фраер, не выдаст, не выдаст.
И какое сегодня число?
Ничего-то три дня не узнает,
на четвёртый в слезах опознает,
ну а юная мисс между тем,
проезжая по острову в кэбе,
заприметит явление в небе:
кто-то в шашечках весь пролетел.
2
Усыпала платформу лузгой,
удушала духами «Кармен»,
на один вдохновляла другой
с перекрёстною рифмой катрен.
Я боюсь, она скажет в конце:
своего ты стыдился лица,
как писал — изменялся в лице.
Так меняется у мертвеца.
То во образе дивного сна
Амстердам, и Стокгольм, и Брюссель
то бессонница, Танька одна,
лесопарковой зоны газель.
Шутки ради носила манок,
поцелуй — говорила — сюда.
В коридоре бесился щенок,
но гулять не спешили с утра.
Да и дружба была хороша,
то не спички гремят в коробке —
то шуршит в коробке анаша
камышом на волшебной реке.
Удалось. И не надо му-му.
Сдачи тоже не надо. Сбылось.
Непостижное, в общем, уму.
Пролетевшее, в общем, насквозь.
3
Говори, не тушуйся, о главном:
о бретельке на тонком плече,
поведенье замка своенравном,
заточённом под коврик ключе.
Дверь откроется — и на паркете,
растекаясь, рябит светотень,
на жестянке, на стоптанной кеде.
Лень прибраться и выбросить лень.
Ты не знала, как это по-русски.
На коленях держала словарь.
Чай вприкуску. На этой «прикуске»
осторожно, язык не сломай.
Воспалённые взгляды туземца.
Танцы-шманцы, бретелька, плечо.
Но не надо до самого сердца.
Осторожно, не поздно ещё.
Будьте бдительны, юная леди.
Образумься, дитя пустырей.
На рассказ о счастливом билете
есть у Бога рассказ постарей.
Но, обнявшись над невским гранитом,
эти двое стоят дотемна.
И матрёшка с пятном знаменитым
на Арбате приобретена.
4
«Интурист», телеграф, жилой
дом по левую — Боже мой —
руку. Лестничный марш, ступень
за ступенью... Куда теперь?
Что нам лестничный марш поёт?
То, что лестничный всё пролёт.
Это можно истолковать
в смысле «стоит ли тосковать?».
И ещё. У Никитских врат
сто на брата — и чёрт не брат,
под охраною всех властей
странный дом из одних гостей.
Здесь проездом томился Блок,
а на память — хоть шерсти клок.
Заключим его в медальон,
до отбитых краёв дольём.
Боже правый, своим перстом
эти крыши пометь крестом,
аки крыши госпиталей.
В день назначенный пожалей.
5
Через сиваш моей памяти, через
кофе столовский и чай бочковой,
через по кругу запущенный херес
в дебрях черёмухи у кольцевой,
«Баней» Толстого разбуженный эрос,
выбор профессии, путь роковой.
Тех ещё виршей первейшую читку,
страшный народ — борода к бороде,
слух напрягающий. Небо с овчинку,
сомнамбулический ход по воде.
Через погост раскусивших начинку.
Далее, как говорится, везде.
Знаешь, пока все носились со мною,
мне предносилось виденье твоё.
Вот я на вороте пятна замою,
переменю торопливо бельё.
Радуйся — ангел стоит за спиною!
Но почему опершись на копьё?
1991
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
