Сначала я хотел назвать его колобком. Но потом передумал. Всё-таки это был не колобок. Колобок хотя тоже круглый, но глупый. А этот шарик был весёлый, со смешным ртом, как у ковёрного клоуна, с едва заметным носиком и весёлыми глазками. Наверное, раньше он принадлежал маленькой куколке или голышу. Из какого материала его изготовили, я не понял, возможно, из пластика или из особой резины.
Он лежал посередине дороги и весело смотрел в небо. По нему проезжало множество машин-легковых, тяжёлых,грузовых. Машины его нещадно давили, но шарик каждый раз, принимая свой прежний вид,становился круглым.
Минут десять я, в ожидании автобуса, наблюдал за шариком. Мне казалось, что глаза у него после очередного наезда становились грустными, с вековой иудейской печалью, но всё же сквозь эту печаль сквозила лукавая насмешка и извечное еврейское упрямство.
Полицейский тоже заметил шарик, подошёл поближе,но, убедившись в его лояльности. повернулся и ушёл.
Из-за угла показался огромный трейлер и всей своей мощью прокатился по шарику. Шарик превратился в гладкую плёнку. Я вздохнул и пошёл к остановке, но не выдержав, взглянул на то место, где только что лежал шарик, и засмеялся:шарик, вновь приняв прежнюю форму, весело мне улыбался. А тут подоспел автобус.
Под насыпью, во рву некошенном,
Лежит и смотрит, как живая,
В цветном платке, на косы брошенном,
Красивая и молодая.
Бывало, шла походкой чинною
На шум и свист за ближним лесом.
Всю обойдя платформу длинную,
Ждала, волнуясь, под навесом.
Три ярких глаза набегающих -
Нежней румянец, круче локон:
Быть может, кто из проезжающих
Посмотрит пристальней из окон...
Вагоны шли привычной линией,
Подрагивали и скрипели;
Молчали желтые и синие;
В зеленых плакали и пели.
Вставали сонные за стеклами
И обводили ровным взглядом
Платформу, сад с кустами блеклыми,
Ее, жандарма с нею рядом...
Лишь раз гусар, рукой небрежною
Облокотясь на бархат алый,
Скользнул по ней улыбкой нежною,
Скользнул - и поезд в даль умчало.
Так мчалась юность бесполезная,
В пустых мечтах изнемогая...
Тоска дорожная, железная
Свистела, сердце разрывая...
Да что - давно уж сердце вынуто!
Так много отдано поклонов,
Так много жадных взоров кинуто
В пустынные глаза вагонов...
Не подходите к ней с вопросами,
Вам все равно, а ей - довольно:
Любовью, грязью иль колесами
Она раздавлена - все больно.
14 июня 1910
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
