На крае вселенной в пустой тишине,
Я слышу мерцание звезд,
Я знаю прекрасно, что это земля,
Земля обетованная,
В надежде вселенной и мира,
В надежде твоей и ничьей,
Я знаю начало всегда,
Начало туманного мира мерцания,
В глубокой пустоте, в тишине моих грез,
Я снова не знаю любви и страдания,
Пустой лабиринт судьбы,
И мира мерцания.
В глубокой тьме под свежими землями подземелья,
И в лабиринте смерти замирая от волнения,
Любовь, надежда умирает,
И смерть любовью пожирает,
Зовя неизведанного мира,
Зовя и заражая неизведанного мира,
И в лабиринте царстве мертвых вечным знаком,
Зовя и заражая пустотой и мраком,
Смертельный и адский хозяин,
Пошлет мою новую песню,
В глубокой тьме под мерцанием мира и звезд,
И в мертвой глуши под мраком вселенной,
Смертельным началом, любовным концом,
И новым началом безумным венцом,
Концом в одночасье любимых теней,
Мы в мертвой тишине и царственной тьме,
Ты вновь и вновь все начинаешь,
Сначала в пустой тишине, затем забываешь,
Что вечная вечность во мраке скрывает всегда,
И словно у мира иного нет начала и конца,
В безумном и мутном потоке закончиться новая жизнь,
В любовном во всяком стремление,
И смерти в тишине глубокой,
Начнем мы с начала и райскую ветвь,
Которая связала с начала, закончила миром,
И снова в пустой тишине, а не тьме ты снова стоишь,
И в душе умирает надежда спасения мира,
В любви начинается снова,
В глубокой пустоте в мерцании мира туманном,
На грани вселенной что свет или тьма,
Любовь или смерть, возникает она,
Безграничными просторами мира,
Зальется мертвая тьма,
Вселенского начала не будет конца.
Милый мальчик, ты так весел, так светла твоя улыбка,
Не проси об этом счастье, отравляющем миры,
Ты не знаешь, ты не знаешь, что такое эта скрипка,
Что такое темный ужас начинателя игры!
Тот, кто взял ее однажды в повелительные руки,
У того исчез навеки безмятежный свет очей,
Духи ада любят слушать эти царственные звуки,
Бродят бешеные волки по дороге скрипачей.
Надо вечно петь и плакать этим струнам, звонким струнам,
Вечно должен биться, виться обезумевший смычок,
И под солнцем, и под вьюгой, под белеющим буруном,
И когда пылает запад и когда горит восток.
Ты устанешь и замедлишь, и на миг прервется пенье,
И уж ты не сможешь крикнуть, шевельнуться и вздохнуть, —
Тотчас бешеные волки в кровожадном исступленьи
В горло вцепятся зубами, встанут лапами на грудь.
Ты поймешь тогда, как злобно насмеялось все, что пело,
В очи, глянет запоздалый, но властительный испуг.
И тоскливый смертный холод обовьет, как тканью, тело,
И невеста зарыдает, и задумается друг.
Мальчик, дальше! Здесь не встретишь ни веселья, ни сокровищ!
Но я вижу — ты смеешься, эти взоры — два луча.
На, владей волшебной скрипкой, посмотри в глаза чудовищ
И погибни славной смертью, страшной смертью скрипача!
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
