В каждой семье есть какие-то события, о которых любят частенько вспоминать. У всех события разные: грустные, веселые, забавные. Почти сорок лет тому назад в нашей семье родилась байка про маму, которая не смотрела фильм, который видела вся страна. Соответственно про меня. Киношка вышла, сразу стала предметом обсуждений, полюбилась всем, от мала до велика. А я как-то не попадала на показ фильма. А его «крутили» постоянно. Я то лежала в роддоме, то куда-то уезжала, где телевизор был вне зоны досягаемости, то просто было некогда. Все тогда дружно, можно сказать, ошалело, восклицали в разговоре со мной:
– «Как!? Ты не смотрела «Белое солнце пустыни»?»
Ну не смотрела, и что? Потешаться?
Прошли годы, картину я видела раз тридцать, если не больше. Байка ушла в небытие сама собой. Однако вскоре появилась вторая. Свято место пусто не бывает. Мы как раз приобрели 386-ой компьютер. Нашпиговали его всякими играми, в том числе, и всевозможными сканвордами-кроссвордами-буриме и пр. В одну играли чаще всего. Сейчас и не вспомню, как именно она называлась. То ли «Балда», то ли «Эрудит» - не важно. Было прикольно подставлять буквы, составляя слова. Обычно играли втроем: я, муж и дочь, которой в ту пору было лет 13-14. Если в гостях оказывались знакомые, они тоже подключались к игре – в те времена компьютер был не у всех.
Однажды играем, я подставляю букву и записываю в свою копилку цифру «4». Мои в недоумении: «что за слово получилось?». Я гордо посмотрев на них выдаю:
– Дыло!
Муж с дочкой переглядываются и начинают валиться от смеха.
– И что смешного? – возмущаюсь я. – Между прочим, дыло – это отверстие у ружья, откуда пуля вылетает, там, где мушка. Я стреляла, я знаю.
Но родные еще больше заливаются от смеха, так, что у обоих брызжут слезы, через которые прорывается не то стон, не то шепот:
– Дуууууло…
«Дыло-дуло» стало легендой, мне это напоминается постоянно, при каждом удобном случае. А за последний месяц сундучок легенд пополнился дважды. И опять по моей милости.
В жару на даче мы спасаемся в доме, там прохладнее всего. Но тупо пялиться в телевизор не хочется, разгадываем кроссворды и сканворды, которые я скупаю пачками. Лично мне больше нравятся сканворды. Одно в них плохо: задания чаще всего в столбец, с переносом в словах. Из-за этого неправильное прочтение и соответственно разгадка. Но за месяц привыкли.
Так вот как-то раз уже поздно вечером, после того, как младшее поколение удалилось в опочивальни, мы разгадывали очередную порцию загадок. «Водила», то есть читала вопросы и чиркала в клеточках ответы ваша покорная слуга.
Объявляю вопрос (пишу дословно, в моем прочтении):
– Праздничная баба Халка. Пять букв, нет ни одной. Наверно, что-то, связанное с Новым годом. Какая-то снежная баба. Может, из сказки?
Муж:
– Нет, здесь что-то другое. В мире спорта есть Халк, известный бразильский футболист. Он играл в каком-то нашем клубе. Вроде, в Зените. И что за праздничная баба у него? – чешет затылок в недоумении.
– А может, это имеется в виду любовница? Может, у Халка в Бразилии семья, жена, а в Росси был какой-нибудь скандал с участием известной девицы? – предполагает дочь. – Сейчас в инете пошарю.
Но ничего подходящего не найдя в мировой паутине, дочь лезет в журнал посмотреть соседние клетки и слова и… начинает истерично хохотать.
– Дыло! Дыло! – тычет она в сканворд пятерней и не может остановиться.
Муж тоже прилипает к странице сканворда. Внимательно читает и чуть ли не хрюкая падает на диван. А я сижу дура-дурой. Понимаю одно – у нас родилась новая легенда. Раз, два и готово! Но какая? Эх… Вечно я влипаю в истории…
Дочь сквозь смех и слезы цедит: «читай внимательно вопрос…»
Читаю. Не сразу, но доходит, что между праздничной бабой и каким-то Халком имеется дефис, то есть перенос слова. «Праздничная бабАхалка». Салют, короче. Как раз из пяти букв. Ну что ж, легенда, так легенда. Это даже хорошо – будет, что внукам рассказывать.
Вчера коллекция легенд пополнилась, опять же – с моей помощью.
Сканворд. Вопрос «Детеныш гуляющего в тумане». Шесть букв. Я вспоминаю мультик, милого Ежа, и, улыбаясь, произношу:
– Ёжичек. Как раз шесть букв.
Мои снова покатываются со смеху.
– Ёжичек! Ха-ха-ха! Ну ты, мать, даешь! Ежонок! Как цыпленок, вороненок, слоненок.
Дочь злопамятная, на обложке журнала уже написала и про бабу Халка, и про Ёжичка. Чтоб не забыть… Ну и пусть! Мне даже приятно. Наступит время, я стану раритетом для потомков с красивыми, забавными историями.
Но сегодня я самоустранилась, участвую в ребусах только на расстоянии. Так спокойнее. Легендами уже обросла. Хватит.
Весенним утром кухонные двери
Раскрыты настежь, и тяжелый чад
Плывет из них. А в кухне толкотня:
Разгоряченный повар отирает
Дырявым фартуком свое лицо,
Заглядывает в чашки и кастрюли,
Приподымая медные покрышки,
Зевает и подбрасывает уголь
В горячую и без того плиту.
А поваренок в колпаке бумажном,
Еще неловкий в трудном ремесле,
По лестнице карабкается к полкам,
Толчет в ступе корицу и мускат,
Неопытными путает руками
Коренья в банках, кашляет от чада,
Вползающего в ноздри и глаза
Слезящего...
А день весенний ясен,
Свист ласточек сливается с ворчаньем
Кастрюль и чашек на плите; мурлычет,
Облизываясь, кошка, осторожно
Под стульями подкрадываясь к месту,
Где незамеченным лежит кусок
Говядины, покрытый легким жиром.
О царство кухни! Кто не восхвалял
Твой синий чад над жарящимся мясом,
Твой легкий пар над супом золотым?
Петух, которого, быть может, завтра
Зарежет повар, распевает хрипло
Веселый гимн прекрасному искусству,
Труднейшему и благодатному...
Я в этот день по улице иду,
На крыши глядя и стихи читая,-
В глазах рябит от солнца, и кружится
Беспутная, хмельная голова.
И, синий чад вдыхая, вспоминаю
О том бродяге, что, как я, быть может,
По улицам Антверпена бродил...
Умевший все и ничего не знавший,
Без шпаги - рыцарь, пахарь - без сохи,
Быть может, он, как я, вдыхал умильно
Веселый чад, плывущий из корчмы;
Быть может, и его, как и меня,
Дразнил копченый окорок,- и жадно
Густую он проглатывал слюну.
А день весенний сладок был и ясен,
И ветер материнскою ладонью
Растрепанные кудри развевал.
И, прислонясь к дверному косяку,
Веселый странник, он, как я, быть может,
Невнятно напевая, сочинял
Слова еще не выдуманной песни...
Что из того? Пускай моим уделом
Бродяжничество будет и беспутство,
Пускай голодным я стою у кухонь,
Вдыхая запах пиршества чужого,
Пускай истреплется моя одежда,
И сапоги о камни разобьются,
И песни разучусь я сочинять...
Что из того? Мне хочется иного...
Пусть, как и тот бродяга, я пройду
По всей стране, и пусть у двери каждой
Я жаворонком засвищу - и тотчас
В ответ услышу песню петуха!
Певец без лютни, воин без оружья,
Я встречу дни, как чаши, до краев
Наполненные молоком и медом.
Когда ж усталость овладеет мною
И я засну крепчайшим смертным сном,
Пусть на могильном камне нарисуют
Мой герб: тяжелый, ясеневый посох -
Над птицей и широкополой шляпой.
И пусть напишут: "Здесь лежит спокойно
Веселый странник, плакать не умевший."
Прохожий! Если дороги тебе
Природа, ветер, песни и свобода,-
Скажи ему: "Спокойно спи, товарищ,
Довольно пел ты, выспаться пора!"
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
