Машины стояли в пробке. Жара расплавленным стеклом придавила город, остановив движение всего живого и неживого. Мы сидели в машине. По двум сплошным, между потоками автомобилей, шла сгорбленная старуха в затертом шерстяном пальто и черно-красной косынке. Она держала перед собой пустую пластиковую банку моющего средства «Пальмира». Я запомнила запах этого средства еще в детстве, оттого и узнала. Старуха еле волочила ноги. На ее лице застыло явное выражение отчаяния и страха. Мне было жаль старуху. Я подумала, что заставило ее вот так выйти на дорогу и просить деньги?
Домой я пришла одна, а папа поехал дальше, по своим делам. Я устроилась на диване, захватив книжку, зеркальце и расческу. Через некоторое время что-то заставило меня выглянуть за окно. У цветочной клумбы стояла та самая старуха в зеленом пальто. Она с застывшим на лице ужасом протягивала пустую банку подросткам, но те лишь смеялись. Я поспешила вниз. Я почувствовала вину, ведь еще днем я не открыла окно машины, не дала милостыню, никак не помогла обездоленной. Теперь судьба дает мне шанс реабилитироваться.
- Уйдите отсюда! – прогнала я мальчишек.
Старуха, смотревшая куда-то в сторону, медленно переводила взгляд на меня. Внутри моего тела словно появлялся иней, буд-то я становилась изнутри совсем ледяной. Вероятно, мои переживания будет очень сложно описать, я никогда прежде не испытывала ничего подобного.
- Я молодая!.. – прохрипела старуха.
- Что? – переспросила я.
- Я молодая! – снова проскрипела старуха и закашлялась, уткнувшись серым, сморщенным носом в рукав своего пальто. Вблизи я смогла убедиться, насколько убого была одета эта несчастная женщина , явно потерявшая всякого рода рассудок и чувство реальности. Я решила успокоить старого человека, и хоть как-то помочь. Но на все мои расспросы она твердила все одно и то же: «Я молодая». Я позвонила в скорую помощь, дав бабушке напрощание рублевую монетку.
Ночью мне снились какие-то загадочные, сплошь сумрачные леса. Я не ходила, я летала, едва прикасаясь земли пальцами ног. Я брала силу рек, я молилась с другими богинями, у костра я пела песни. Проснулась я на удивление рано, в шесть утра. Мое большое зеркало, прикрепленное к двери платяного шкафа, уже ловило первые солнечные лучи. Я увидела свое отражение и улыбнулась. На меня смотрела старуха в зеленом пальто. Мне ничего не оставалось, как проскрипев: «Я молодая», выйти на улицу и собирать милостыню.
О доблестях, о подвигах, о славе
Я забывал на горестной земле,
Когда твое лицо в простой оправе
Перед мной сияло на столе.
Но час настал, и ты ушла из дому.
Я бросил в ночь заветное кольцо.
Ты отдала свою судьбу другому,
И я забыл прекрасное лицо.
Летели дни, крутясь проклятым роем...
Вино и страсть терзали жизнь мою...
И вспомнил я тебя пред аналоем,
И звал тебя, как молодость свою...
Я звал тебя, но ты не оглянулась,
Я слезы лил, но ты не снизошла.
Ты в синий плащ печально завернулась,
В сырую ночь ты из дому ушла.
Не знаю, где приют твоей гордыне
Ты, милая, ты, нежная, нашла...
Я крепко сплю, мне снится плащ твой синий,
В котором ты в сырую ночь ушла...
Уж не мечтать о нежности, о славе,
Все миновалось, молодость прошла!
Твое лицо в его простой оправе
Своей рукой убрал я со стола.
30 декабря 1908
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
