Однажды я пришёл в госпиталь за книжкой, которую мне обещал один из раненых, Майн Рид "Всадник без головы". Но вдруг меня позвала старшая медсестра, и вместе с мамой отвели меня в офицерскую столовую. Я раньше в ней никогда не был. Столовая была большая и просторная. Столы покрыты белыми скатертями. Усадили меня за столик. Вскоре ко мне вышла улыбающаяся молодая женщина, держа в руках большую глубокую тарелку. В тарелке, которую она поставила передо мной, была гречневая каша с молоком. Я взял ложку и медленно, растягивая удовольствие начал есть. Женщина вышла, чтоб меня не смущать. Я продолжал есть не спеша, понимая, что всё в этой большой тарелке моё. Только с каждой ложкой я с сожалением видел, что каши всё меньше и меньше. Вкуснее этой гречневой каши, в своей жизни ,я больше ничего не ел.
Время за полночь медленным камнем,
За холодным стеклом ни шиша.
Только мы до утра тараканим,
Насекомую службу верша.
В эту пору супружеской пашней
Рассыпают свои семена
Обитатели жизни всегдашней,
Не любившие нас дотемна.
Разве дома тебя не ругали
За привычку в такие часы
Разминаться по стенке кругами,
Вдохновенно топорща усы?
В эту пору внутри организма
Незакатное пламя бело,
Но, как яркий пример атавизма,
Нелетавшее дремлет крыло.
Не кори, что в ближайшую среду
Тихомолкой в кухонном тряпье
Я с родительской площади съеду,
Изменив тараканьей тропе.
Но, зайдя к тебе прежде за плинтус,
Керосину хлебнуть задарма,
Я от слез неожиданных слипнусь,
И проститься не хватит ума.
Для того ли мы дни раздарили,
Как реликтовый бор под пилу,
Чтобы нас, наконец, раздавили
На чужом пенсильванском полу?
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
