Напротив барского дома, в котором останавливался Пушкин, была просторная площадь, в восточной части которой, её замыкали небольшие строения: сельмаг и центр советской власти бывшего родового имения - сельсовет.
За строениями тянулось поле конопли и , далее, уже почти убранной пшеницы, которую накануне жницы серпами сжали и снопы хлеба поставили в копны, и эти копны стройными пирамидами, как зоркие часовые, стояли на страже по всему полю.
А сегодня потомки крепостных Александра Сергеевича, со всех концов района Болдино, по пыльным сельским дорогам, везли на телегах своих мужиков, по призыву, на войну.
Я, малыш, своими глазами видел, как мне казалось, огромную площадь, занятую телегами, тарантасами и даже розвальнями.
На телегах сидели мужики и наши русские бабы, которые плачем провожали своих мужчин.
Остальные сельские женщины, держа за руки малолетних ребятишек, молча и горестно, вытирали платками намокшие глаза.
Это была Болдинская осень 1941 года.
роман койфман
Образ твой, мучительный и зыбкий,
Я не мог в тумане осязать.
«Господи!» — сказал я по ошибке,
Сам того не думая сказать.
Божье имя, как большая птица,
Вылетело из моей груди!
Впереди густой туман клубится,
И пустая клетка позади...
Апрель 1912
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
Авторизация
Камертон
