Ежеминутно сменяющиеся события на Украине воспалили мой славянский мозг информационным оглушающим потоком. Нельзя спрятаться от него даже в забытье сна. После очередных рифмованных и нерифмованных эмоциональных дебатов с русскоязычными литераторами на поэтических сайтах об этих событиях, сон мой снова был мятежным и рваным, как на госпитальной койке.
Пригрезилось, что январскую дату воссоединения Украины с Россией (по достоверным историческим данным в этом году юбилейную 360-летнюю) новые киевские власти объявили… днём национального траура.
Привиделось, что в бывшей Малороссии вместе с гипсовыми да бронзовыми Ленинами - в кепке и без, летят с постаментов наземь и Богданы Хмельницкие – на коне и без…
Пробуравило полусознательный слух непривычное словосочетание «Степано-Бандеровск». Это город Хмельницкий переименовали в честь нового «героя нации»…
Проснулся в жарком поту, нащупал пульт, включил телевизор и снова попал в поток сводок - из кошмара сна в кошмар яви…
До сих пор, вспоминая твой голос, я прихожу
в возбужденье. Что, впрочем, естественно. Ибо связки
не чета голой мышце, волосу, багажу
под холодными буркалами, и не бздюме утряски
вещи с возрастом. Взятый вне мяса, звук
не изнашивается в результате тренья
о разряженный воздух, но, близорук, из двух
зол выбирает большее: повторенье
некогда сказанного. Трезвая голова
сильно с этого кружится по вечерам подолгу,
точно пластинка, стачивая слова,
и пальцы мешают друг другу извлечь иголку
из заросшей извилины - как отдавая честь
наважденью в форме нехватки текста
при избытке мелодии. Знаешь, на свете есть
вещи, предметы, между собой столь тесно
связанные, что, норовя прослыть
подлинно матерью и т. д. и т. п., природа
могла бы сделать еще один шаг и слить
их воедино: тум-тум фокстрота
с крепдешиновой юбкой; муху и сахар; нас
в крайнем случае. То есть повысить в ранге
достиженья Мичурина. У щуки уже сейчас
чешуя цвета консервной банки,
цвета вилки в руке. Но природа, увы, скорей
разделяет, чем смешивает. И уменьшает чаще,
чем увеличивает; вспомни размер зверей
в плейстоценовой чаще. Мы - только части
крупного целого, из коего вьется нить
к нам, как шнур телефона, от динозавра
оставляя простой позвоночник. Но позвонить
по нему больше некуда, кроме как в послезавтра,
где откликнется лишь инвалид - зане
потерявший конечность, подругу, душу
есть продукт эволюции. И набрать этот номер мне
как выползти из воды на сушу.
1982
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
