Очень хочется написать так: "Легко постукивая каблучками, я впорхнула в вагон метро...", но это был бы слишком художественный вымысел. Во-первых, не было каблуков. Во-вторых, трудно назвать порханием попытки лавировать и протискиваться в сплошном людском потоке в час пик. Я пыталась успеть на вечерние занятия в колледж, который находится в сердце Манхэттэна -у Южного морского порта с одной стороны и недалеко от Уолл Стрит с другой. Чтобы добраться в мою "альма матер", мне неминуемо нужно нырнуть в подземный лабиринт Пенсильвании Стэйшн. Как и любой, уважающий себя вокзал, Пенсильвания заглатывала людей непрерывным потоком. Этот прожорливый и самостоятельный организм прошит внутри линиями метро и ветками поездов. Пенн Стэйшн-это целый подземный город с ресторанами, кафе, супермаркетами и прочими радостями человеческого бытия. На поверхность ведут несколько путей, которые позволят вам увидеть свет на 7-ой, либо на 8-й Авеню.Но я отвлеклась.
Итак, ввалившись в вагон, я облегчённо вздохнула,...а зря. Следом за мной, вкатив несколько барaбанов, посреди вагона уютно устроились уличные музыканты-судя по внешнему колоритному облику, выходцы с Ямайки. И....выдали такой ритм на своих "там-там"-ах, что вздрогнул весь вагон! Так, приплясывая и подпевая, мы катились по подземным тоннелям. Наконец, моя остановка. Мысленно попрощавшись с весёлым вагоном и его пассажирами, я понеслась наверх, к дневному свету.
Время ещё оставалось, и не прогуляться по набережной Южного порта было бы просто преступлением.
Это место Манхэттэна, по какому-то странному сравнению, напоминает мне московский Арбат, только у воды. Булыжная мостовая, кафе и ресторанчики, торговый центр и...морские такси-лёгкая смесь ностальгии и тихого восторга. Настоящие старинные шхуны пришвартованы к берегу, того и гляди, на мостике появится одноногий капитан с попугаем на плече. Правда, теперь этот капитан работает экскурсоводом, но всё- таки....Cверху, cо второго этажа торгового центра, присев за столик в мексиканском ресторане, наблюдаю за оживленной картинкой. Из-под навесa открывается почти киношная панорама. Публика курсирует по набережной, потерявшись во времени. На всё это релаксирующее пространство безразлично и надменно смотрит Бруклинский мост, уходящий всей мощью куда-то на другой берег, в начало Бруклина.
Надо бежать на занятия...Жаль. Но я вернусь сюда вечером, когда засверкает огнями берег, когда из ресторанчиков будет литься ритмичная музыка, а лица посетителей потеряют своё дневное озабоченное выражение, kогда шхуны будут готовы отойти от причала, надеясь найти свою Новую Землю, а Бруклинский мост будет всё так же спокойно и безразлично стремиться в небо.
спасибо за приятственный отзыв...:-) Так вот и изображаю из себя путеводитель: "граждане, приехавшие на поселение, посмотрите налево, теперь направо...оо-пс! не свалитесь с пирса #17, ресторан этажом выше...:-))
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Тщетную мудрость мира вы оставьте,
Злы богоборцы! обратив кормило,
Корабль свой к брегу истины направьте,
Теченье ваше досель блудно было.
Признайте бога, иже управляет
Тварь всю, своими созданну руками.
Той простер небо да в нем нам сияет,
Дал света солнце источник с звездами.
Той луну, солнца лучи преломляти
Научив, темну плоть светить заставил.
Им зрятся чудны сии протекати
Телеса воздух, и в них той уставил
Течений меру, порядок и время,
И так увесил все махины части,
Что нигде лишна легкость, нигде бремя,
Друг друга держат и не могут пасти.
Его же словом в воздушном пространстве,
Как мячик легкий, так земля катится;
В трав же зеленом и дубрав убранстве
Тут гора, тамо долина гордится.
Той из источник извел быстры реки,
И песком слабым убедил схраняти
Моря свирепы свой предел вовеки,
И ветрам лешим дал с шумом дышати,
Разны животных оживил он роды.
Часть пером легким в воздух тела бремя
Удобно взносит, часть же сечет воды,
Ползет иль ходит грубейшее племя.
С малой частицы мы блата сплетенны
Того ж в плоть нашу всесильными персты
И устен духом его оживленны;
Он нам к понятью дал разум отверзтый.
Той, черный облак жарким разделяя
Перуном, громко гремя, устрашает
Землю и воды, и дальнейша края
Темного царства быстр звук достизает;
Низит высоких, низких возвышает;
Тут даст, что тамо восхотел отъяти.
Горам коснувся — дыметь понуждает:
Манием мир весь силен потрясати.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.