Всякая любовь, имеющая причиной не свободу духа, а что-либо иное, легко переходит в ненависть
(Бенедикт Спиноза)
Книгосфера
12.03.2012
Пелевину написали биографию
Вышла в свет книга Сергея Полотовского и Романа Козака «Пелевин и поколение пустоты»...
Вышла в свет книга Сергея Полотовского и Романа Козака «Пелевин и поколение пустоты» — первая биография известного писателя, которому 22 ноября исполнится 50. Об этом сообщает новостная служба .
Признанный мастер мистификаций избегает интервью, не появляется на публике и не устраивает творческие встречи, что, в свою очередь, стало причиной появления слухов о мифическом характере данной фигуры, бренде, под сенью которого трудится целая команда авторов. Известно, что создатель «Generation P» родился в Москве и окончил энергетический институт, после чего стал публиковаться в журналах и выпускать книги. Несмотря на закрытость Пелевина, по результатам проведенного в конце 2009 года интернет-опроса его признали самым влиятельным интеллектуалом России.
Критик Сергей Полотовский и журналист Роман Козак попытались собрать из разрозненных фрагментов некую цельную картину и ответить на многочисленные вопросы. Например, о том, кто же является прототипами пелевинских героев, каков истинный смысл его произведений и что думает о творчестве своего главного литературного соперника Владимир Сорокин. Работая над биографией, авторы книги «Пелевин и поколение пустоты» разыскивали людей, которые с ним общались, учились, путешествовали и знают о нем больше, чем другие. Их рассказы и воспоминания стали основной книги.
Ты помнишь, Алеша, дороги Смоленщины,
Как шли бесконечные, злые дожди,
Как кринки несли нам усталые женщины,
Прижав, как детей, от дождя их к груди,
Как слезы они вытирали украдкою,
Как вслед нам шептали: — Господь вас спаси! —
И снова себя называли солдатками,
Как встарь повелось на великой Руси.
Слезами измеренный чаще, чем верстами,
Шел тракт, на пригорках скрываясь из глаз:
Деревни, деревни, деревни с погостами,
Как будто на них вся Россия сошлась,
Как будто за каждою русской околицей,
Крестом своих рук ограждая живых,
Всем миром сойдясь, наши прадеды молятся
За в бога не верящих внуков своих.
Ты знаешь, наверное, все-таки Родина —
Не дом городской, где я празднично жил,
А эти проселки, что дедами пройдены,
С простыми крестами их русских могил.
Не знаю, как ты, а меня с деревенскою
Дорожной тоской от села до села,
Со вдовьей слезою и с песнею женскою
Впервые война на проселках свела.
Ты помнишь, Алеша: изба под Борисовом,
По мертвому плачущий девичий крик,
Седая старуха в салопчике плисовом,
Весь в белом, как на смерть одетый, старик.
Ну что им сказать, чем утешить могли мы их?
Но, горе поняв своим бабьим чутьем,
Ты помнишь, старуха сказала: — Родимые,
Покуда идите, мы вас подождем.
«Мы вас подождем!» — говорили нам пажити.
«Мы вас подождем!» — говорили леса.
Ты знаешь, Алеша, ночами мне кажется,
Что следом за мной их идут голоса.
По русским обычаям, только пожарища
На русской земле раскидав позади,
На наших глазах умирали товарищи,
По-русски рубаху рванув на груди.
Нас пули с тобою пока еще милуют.
Но, трижды поверив, что жизнь уже вся,
Я все-таки горд был за самую милую,
За горькую землю, где я родился,
За то, что на ней умереть мне завещано,
Что русская мать нас на свет родила,
Что, в бой провожая нас, русская женщина
По-русски три раза меня обняла.
1941
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.