Отдаваться гневу часто все равно, что мстить самому себе за вину другого
(Джонатан Свифт)
Мейнстрим
10.06.2011
Сансаль удостоен Премии мира
Лауреатом Премии мира немецких книготорговцев в 2011 году станет алжирский писатель Буалем Сансаль...
Лауреатом Премии мира немецких книготорговцев в 2011 году станет 61-летний алжирский писатель Буалем Сансаль (Boualem Sansal). Об этом со ссылкой на распространенное 9 июня в Берлине заявление организации сообщил сайт французского телеканала .
Как отметил президент Биржевого союза немецких книготорговцев Готфрид Хоннефельдер (Gottfried Honnefelder), награждая Сансаля, открыто критикующего социально-политическую ситуацию в Алжире, организация надеется выразить свою поддержку движению за демократию в Северной Африке.
Буалем Сансаль известен как автор книг «Деревня немца, или Газета братьев Шиллер» («Le village de l'Allemand ou le journal des frères Schiller»), вышедшей в свет в январе 2008 года и номинировавшейся на премию «Médicis», и «Клятва варваров» («Serment des barbares»), изданной в 1999-м.
Международная премия мира немецких книготорговцев (Der Friedenspreis des Deutschen Buchhandels) учреждена в 1949 году как награда деятелям литературы, науки и искусства за вклад в развитие мира и взаимопонимания между народами. Ее денежный приз составляет 25 тысяч евро. По традиции, она будет вручена 16 октября в рамках ежегодной Франкфуртской книжной ярмарки. В 2010 году ее лауреатом стал израильский писатель Давид Гроссман.
Зверинец коммунальный вымер.
Но в семь утра на кухню в бигуди
Выходит тетя Женя и Владимир
Иванович с русалкой на груди.
Почесывая рыжие подмышки,
Вития замороченной жене
Отцеживает свысока излишки
Премудрости газетной. В стороне
Спросонья чистит мелкую картошку
Океанолог Эрик Ажажа -
Он только из Борнео.
Понемножку
Многоголосый гомон этажа
Восходит к поднебесью, чтобы через
Лет двадцать разродиться наконец,
Заполонить мне музыкою череп
И сердце озадачить.
Мой отец,
Железом завалив полкоридора,
Мне чинит двухколесный в том углу,
Где тримушки рассеянного Тёра
Шуршали всю ангину. На полу -
Ключи, колеса, гайки. Это было,
Поэтому мне мило даже мыло
С налипшим волосом...
У нас всего
В избытке: фальши, сплетен, древесины,
Разлуки, канцтоваров. Много хуже
Со счастьем, вроде проще апельсина,
Ан нет его. Есть мненье, что его
Нет вообще, ах, вот оно в чем дело.
Давай живи, смотри не умирай.
Распахнут настежь том прекрасной прозы,
Вовеки не написанной тобой.
Толпою придорожные березы
Бегут и опрокинутой толпой
Стремглав уходят в зеркало вагона.
С утра в ушах стоит галдеж ворон.
С локомотивом мокрая ворона
Тягается, и головной вагон
Теряется в неведомых пределах.
Дожить до оглавления, до белых
Мух осени. В начале букваря
Отец бежит вдоль изгороди сада
Вслед за велосипедом, чтобы чадо
Не сверзилось на гравий пустыря.
Сдается мне, я старюсь. Попугаев
И без меня хватает. Стыдно мне
Мусолить малолетство, пусть Катаев,
Засахаренный в старческой слюне,
Сюсюкает. Дались мне эти черти
С ободранных обоев или слизни
На дачном частоколе, но гудит
Там, за спиной, такая пропасть смерти,
Которая посередине жизни
Уже в глаза внимательно глядит.
1981
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.