Вечер спадает, как джинсы большого размера,
как с антресолей - тарелки - небьющимся блюзом...
По коридору летят вереницей химеры
в кухню, раскрытую, словно бильярдная луза -
в узкой улыбке, приемлющей два препарата:
саммер-глинтвейн из кошёлки и яблочный запах...
Сядь, говорящее чучело, лобиком брата
грея прохладный мой лоб, в по-медвежьи косматых
мыслях о том, что дожди с хриплым голосом хаки
закамуфляжат приход твой. Не выдадут сплетням.
Будут кроссовки питаться газетной бумагой
с привкусом "Правды". И будут шептаться соседи
под саксофонную дрель о "левее и выше...",
под домофон, домовёнка ударивший в щёчку...
Вечер спадает, как братскость. Ты медленно дышишь
в чайных руках моих - тонким лимонным кружочком.
Я скажу тебе с последней
Прямотой:
Все лишь бредни — шерри-бренди, —
Ангел мой.
Там, где эллину сияла
Красота,
Мне из черных дыр зияла
Срамота.
Греки сбондили Елену
По волнам,
Ну, а мне — соленой пеной
По губам.
По губам меня помажет
Пустота,
Строгий кукиш мне покажет
Нищета.
Ой ли, так ли, дуй ли, вей ли —
Все равно;
Ангел Мэри, пей коктейли,
Дуй вино.
Я скажу тебе с последней
Прямотой:
Все лишь бредни — шерри-бренди, —
Ангел мой.
2 марта 1931
_____________________ *Мой голос пронзительный и фальшивый... П.Верлен (фр.).
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
