ничего не произойдёт
просто однажды я перестану молиться за тебя
забуду искорки в твоих глазах
номер твоего телефона выветрится из памяти
вместе с осознанием невозможности жить без тепла твоих ладошек
я перестану узнавать тебя в силуэтах на улицах
а голос
твой голос заводивший меня за небеса
распадётся на
немые ноты
не мы еноты
нем ые но ты
ты не узнаешь ничего
патамушта ничего не произойдёт
просто вдруг станет обыденным чорно белое кино
к которому я привыкну
постепенно забывая цветные счастия переполнявшие меня
когда ты засыпала на моей руке
в нашем сумасшедшем доме
забивая окошко у которого ты ждала меня вечерами горьким дымом горьких сигарет
запивая вчерашнюю боль сегодняшним алкоголем
заливая на весь свет о том что всё
хо
ро
шо
у
шоу про ничего не про
изойдёт
и растворится в дымке мелочной суеты по каждодневным пустякам
когда то живущая любовь
какое смешное слово
любовь
я его где то слышал
и даже говорил пару раз
смелый
не прячась от пары глаз
укутывал в слово любовь
вместяшные мечты о всегдарядошных я и ты
ты
но ты не мы
не мы еноты
немые ноты
ни о чом
патамушта
ничего не произойдёт
ведь нас уже нет
и если случится завтра
то
не за кого будет молиться возвращаясь в мир ото сна
и никто не наполнит сумасшедший дом теплом и светом
радости и покоя
и наши голоса не сольются в один
звонкий
и моё плечо забудет счастие быть подушкой
Какая осень!
Дали далеки.
Струится небо,
землю отражая.
Везут медленноходые быки
тяжелые телеги урожая.
И я в такую осень родилась.
Начало дня
встает в оконной раме.
Весь город пахнет спелыми плодами.
Под окнами бегут ребята в класс.
А я уже не бегаю - хожу,
порою утомляюсь на работе.
А я уже с такими не дружу,
меня такие называют "тетей".
Но не подумай,
будто я грущу.
Нет!
Я хожу притихшей и счастливой,
фальшиво и уверенно свищу
последних фильмов легкие мотивы.
Пойду гулять
и дождик пережду
в продмаге или в булочной Арбата.
Мы родились
в пятнадцатом году,
мои двадцатилетние ребята.
Едва встречая первую весну,
не узнаны убитыми отцами,
мы встали
в предпоследнюю войну,
чтобы в войне последней
стать бойцами.
Кому-то пасть в бою?
А если мне?
О чем я вспомню
и о чем забуду,
прислушиваясь к дорогой земле,
не веря в смерть,
упрямо веря чуду.
А если мне?
Еще не заржаветь
штыку под ливнем,
не размыться следу,
когда моим товарищам пропеть
со мною вместе взятую победу.
Ее услышу я
сквозь ход орудий,
сквозь холодок последней темноты...
Еще едят мороженое люди
и продаются мокрые цветы.
Прошла машина,
увезла гудок.
Проносит утро
новый запах хлеба,
и ясно тает облачный снежок
голубенькими лужицами неба.
1935
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
