Броня небосвода предельно крепка.
В Москве непогода. Озябла река.
В разъездах друзья и знакомые. Пусть.
Побродим, поучим стихи наизусть.
Слоняешься с выгнанным в шею месье,
наставником бывшим юнцов желторотых,
а ветер листву, как во рту монпансье,
гоняет и виснет шпаной на воротах,
и, ради забавы, холодной рукой
хватает за шкирку: а ты кто такой?
Да мимо иду! Не спеша, на ходу
пытаясь разматывать ветхий папирус
своей биографии. В этом году
мне новую осень пошили навырост.
Спасибо, швея золотая, прости,
но что-то никак мне в неё не врасти.
На лестничной клетке поддатый сосед
всё курит и пепел трясёт мимо банки,
и лампочки пыльной обыденный свет
вдруг высветит что-то такое с изнанки -
не самую жизни основу, но лишь
с торчащею ватой подстёжку, подкладку -
что ясно: теперь уже не поюлишь.
Домой возвратившись, отыщешь тетрадку
и впишешь рукою, нетвёрдой пока:
"В Москве непогода. Озябла река..."
Слышишь ли, слышишь ли ты в роще детское пение,
над сумеречными деревьями звенящие, звенящие голоса,
в сумеречном воздухе пропадающие, затихающие постепенно,
в сумеречном воздухе исчезающие небеса?
Блестящие нити дождя переплетаются среди деревьев
и негромко шумят, и негромко шумят в белесой траве.
Слышишь ли ты голоса, видишь ли ты волосы с красными гребнями,
маленькие ладони, поднятые к мокрой листве?
"Проплывают облака, проплывают облака и гаснут..." -
это дети поют и поют, черные ветви шумят,
голоса взлетают между листьев, между стволов неясных,
в сумеречном воздухе их не обнять, не вернуть назад.
Только мокрые листья летят на ветру, спешат из рощи,
улетают, словно слышат издали какой-то осенний зов.
"Проплывают облака..." - это дети поют ночью, ночью,
от травы до вершин все - биение, все - дрожание голосов.
Проплывают облака, это жизнь проплывает, проходит,
привыкай, привыкай, это смерть мы в себе несем,
среди черных ветвей облака с голосами, с любовью...
"Проплывают облака..." - это дети поют обо всем.
Слышишь ли, слышишь ли ты в роще детское пение,
блестящие нити дождя переплетаются, звенящие голоса,
возле узких вершин в новых сумерках на мгновение
видишь сызнова, видишь сызнова угасающие небеса?
Проплывают облака, проплывают, проплывают над рощей.
Где-то льется вода, только плакать и петь, вдоль осенних оград,
все рыдать и рыдать, и смотреть все вверх, быть ребенком ночью,
и смотреть все вверх, только плакать и петь, и не знать утрат.
Где-то льется вода, вдоль осенних оград, вдоль деревьев неясных,
в новых сумерках пенье, только плакать и петь, только листья сложить.
Что-то выше нас. Что-то выше нас проплывает и гаснет,
только плакать и петь, только плакать и петь, только жить.
1961
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
