И синий древний дом внутри зелёного двора.
И каждый вечер надо всем сияет белая искра,
Но выжигается, алея. Под цокот ямба и хорея
Любуюсь ей.
Огней дыра,
Где свет разбился семенами, и даль усыпал водопад.
Где тоже рай: ночной июльский сад
Из стёкол и витрин, где груши золотые,
Где яблоки все медным светом налитые.
И пахары, как белые шары
Пушистых молний, кое-где видны.
И даже тополь, жидкий тополь, так полон синей седины,
Что, кажется, взлетит, чуть хлопни, всем островом накрыв огни.
И станет лапой двор зелёный, где громкий дождь нацедит рек.
А на губах другой, солёный, который падает из век.
Я жизнь люблю и умереть боюсь.
Взглянули бы, как я под током бьюсь
И гнусь, как язь в руках у рыболова,
Когда я перевоплощаюсь в слово.
Но я не рыба и не рыболов.
И я из обитателей углов,
Похожий на Раскольникова с виду.
Как скрипку, я держу свою обиду.
Терзай меня - не изменюсь в лице.
Жизнь хороша, особенно в конце,
Хоть под дождем и без гроша в кармане,
Хоть в Судный день - с иголкою в гортани.
А! Этот сон! Малютка-жизнь, дыши,
Возьми мои последние гроши,
Не отпускай меня вниз головою
В пространство мировое, шаровое!
1958
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
