— Ну, что? Ты как? Молчишь...
Апчхи! А я немного простудилась.
Ты знаешь я твои стихи
читала ночью.
— Ты мне снилась.
— Смешно, но через столько лет.
Ты стал намного интересней.
— А от тебя все тот же свет,
Лучистый свет мечты и песни...
Молчим. О чем? В бездонном дне
времен перебираем четки.
Мы взрослые с тобой вполне.
В душе
ты — мальчик,
я — девчонка.
Иронизирует судьба,
А небо рассыпает снежность.
— Я от тебя сходил с ума —
Шепнул немальчик безнадежно.
— А я… А я...
— Не отвечай.
Когда-нибудь потом узнаю.
Из детства нашего трамвай,
Тихонько скрипнув, исчезает.
И ты с другими на бегу
Рисуешь взрослую «лавстори»,
Но помнишь, как на берегу...
Писали Я плюс Ты
и в море...
***
Промокший и простуженный трамвай
Откашливает люд на остановке.
Его движения скрипучи и неловки.
Я, выходя, шепчу ему: Бывай.
Озябший и простуженный трамвай,
Уставший от людей и суеты,
Из января берет свой курс на май
Стуча колесами: Ты где?
Где ты?
По рыбам, по звездам
Проносит шаланду:
Три грека в Одессу
Везут контрабанду.
На правом борту,
Что над пропастью вырос:
Янаки, Ставраки,
Папа Сатырос.
А ветер как гикнет,
Как мимо просвищет,
Как двинет барашком
Под звонкое днище,
Чтоб гвозди звенели,
Чтоб мачта гудела:
"Доброе дело! Хорошее дело!"
Чтоб звезды обрызгали
Груду наживы:
Коньяк, чулки
И презервативы...
Двенадцатый час -
Осторожное время.
Три пограничника,
Ветер и темень.
Три пограничника,
Шестеро глаз -
Шестеро глаз
Да моторный баркас...
Три пограничника!
Вор на дозоре!
Бросьте баркас
В басурманское море,
Чтобы вода
Под кормой загудела:
"Доброе дело!
Хорошее дело!"
Чтобы по трубам,
В ребра и винт,
Виттовой пляской
Двинул бензин.
Вот так бы и мне
В налетающей тьме
Усы раздувать,
Развалясь на корме,
Да видеть звезду
Над бугшпритом склоненным,
Да голос ломать
Черноморским жаргоном,
Да слушать сквозь ветер,
Холодный и горький,
Мотора дозорного
Скороговорки!
Иль правильней, может,
Сжимая наган,
За вором следить,
Уходящим в туман...
Да ветер почуять,
Скользящий по жилам,
Вослед парусам,
Что летят по светилам...
И вдруг неожиданно
Встретить во тьме
Усатого грека
На черной корме...
Так бей же по жилам,
Кидайся в края,
Бездомная молодость,
Ярость моя!
Чтоб звездами сыпалась
Кровь человечья,
Чтоб выстрелом рваться
Вселенной навстречу,
Чтоб волн запевал
Оголтелый народ,
Чтоб злобная песня
Коверкала рот,-
И петь, задыхаясь,
На страшном просторе:
"Ай, Черное море,
Хорошее море..!"
1927
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.