Не отпускай! Добей картечью сочной!
Вгони щекой в просевший хрупко снег!
Ещё тоской, январской, полуночной,
не стиснул горло окаянный век,
ещё в домах смеются - но своею
звериной плотью вдруг почуял я,
что выть ушедшему, навскид, навзрыд мертвея,
что ото всех лицо своё тая,
в метель и мрак выпрыгивать в исподнем,
в охапку смяв и сбив рассудок свой,
и жить во тьме, и мёрзнуть в подворотне,
сутулясь волчьей узкою спиной.
Над саквояжем в черной арке
всю ночь играл саксофонист.
Пропойца на скамейке в парке
спал, подстелив газетный лист.
Я тоже стану музыкантом
и буду, если не умру,
в рубахе белой с черным бантом
играть ночами, на ветру.
Чтоб, улыбаясь, спал пропойца
под небом, выпитым до дна.
Спи, ни о чем не беспокойся,
есть только музыка одна.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
