Нет такой глупости, которой бы не рукоплескали, и такого глупца, что не прослыл бы великим человеком, или великого человека, которого не обзывали бы кретином
Профессор Мумитроль и доктор Женский
(один - российский herr, другой - немецкий)
Так люто ненавидят строй советский,
Что кошки в душах начали скрести.
От этой злой невыразимой муки
Отвратно пионерам от науки,
Развеяться чтоб, с мылом вымыв руки,
Решают кошку с девушкой скрестить.
Готово все - безжизненное тело
Какой-то комсомолки оголтелой,
Усердствовавшей безрассудно смело
При сдаче нормативов ГТО,
И кошка Мурка, что живет в подвале
(замучились, покуда доставали
Животное, все брюки изорвали -
Наука, значит, требует того!).
Давай перенесемся, мой читатель,
В грядущее чуть-чуть. Чего же ради,
Описывая кровь, нам время тратить...
Смеется и ликует весь народ!
Успех!!! За стенкой слышно: "Мяухк-мяухк..."
"Коллега, я как поп на Первомае..." -
Профессор говорит и понимает
Беднягин вопль, прочтя наоборот.
Т. Зимина, прелестное дитя.
Мать – инженер, а батюшка – учетчик.
Я, впрочем, их не видел никогда.
Была невпечатлительна. Хотя
на ней женился пограничный летчик.
Но это было после. А беда
с ней раньше приключилась. У нее
был родственник. Какой-то из райкома.
С машиною. А предки жили врозь.
У них там было, видимо, свое.
Машина – это было незнакомо.
Ну, с этого там все и началось.
Она переживала. Но потом
дела пошли как будто на поправку.
Вдали маячил сумрачный грузин.
Но вдруг он угодил в казенный дом.
Она же – отдала себя прилавку
в большой галантерейный магазин.
Белье, одеколоны, полотно
– ей нравилась вся эта атмосфера,
секреты и поклонники подруг.
Прохожие таращатся в окно.
Вдали – Дом Офицеров. Офицеры,
как птицы, с массой пуговиц, вокруг.
Тот летчик, возвратившись из небес,
приветствовал ее за миловидность.
Он сделал из шампанского салют.
Замужество. Однако в ВВС
ужасно уважается невинность,
возводится в какой-то абсолют.
И этот род схоластики виной
тому, что она чуть не утопилась.
Нашла уж мост, но грянула зима.
Канал покрылся коркой ледяной.
И вновь она к прилавку торопилась.
Ресницы опушила бахрома.
На пепельные волосы струит
сияние неоновая люстра.
Весна – и у распахнутых дверей
поток из покупателей бурлит.
Она стоит и в сумрачное русло
глядит из-за белья, как Лорелей.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
