Мостовую дворники скребут.
Щёк они три дня уже не брили.
Скоро свету белому капут,
что бы люди там ни говорили.
Белый свет раздавят как бычок,
выкинут в космическую урну.
Но об этом - никому. Молчок.
Всё должно быть тихо и культурно.
"Всё фигня,- сказал Экклезиаст. -
Ни за что не стоило и браться.
Ни хрена Всевышний нам не даст.
Скоро все трухою станем, братцы."
Сгинет всё - корова и лужок,
я и ты, как это ни печально.
Ведь эсхатология, дружок,
в нас с тобой гнездится изначально.
Отполированный тюрьмою,
ментами, заводским двором,
лет десять сряду шел за мною
дешевый урка с топором.
А я от встречи уклонялся,
как мог от боя уходил:
он у парадного слонялся —
я через черный выходил.
Лет десять я боялся драки,
как всякий мыслящий поэт.
...Сам выточил себе нунчаки
и сам отлил себе кастет.
Чуть сгорбившись, расслабив плечи,
как гусеничный вездеход
теперь иду ему навстречу —
и расступается народ.
Окурок выплюнув, до боли
табачный выдыхаю дым,
на кулаке портачку «Оля»
читаю зреньем боковым.
И что ни миг, чем расстоянье
короче между ним и мной,
тем над моею головой
очаровательней сиянье.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
