С прошедших лет отсчитывая сдачу,
селюсь на дачу
и жизнь пишу двенадцати бегоний,
что твой Светоний,
который Гай Транквилл...лизатор, вместе
со мной ютится на насесте,
из ослабевших выпадает пальцев,
когда я сплю в одном из зальцев.
Бегонии кивают мне листками.
Вдали свистками
приветствуют друг друга тепловозы.
Шумят берёзы
и сорняки растут неутомимо,
а вечерами мимо
идёт народ с авоськами, кульками
и воздух полон мотыльками.
Я зажигаю лампу на веранде,
шепчу "Отстаньте!"
Не отстают. Поэтому по средам
пью чай с соседом.
Соседу нету дела до материй,
но он потерей
большой, однако, это не считает -
ему хватает
своих забот о яблонях и вишнях.
Темнеет в вышних.
Струит свой свет на дачный наш посёлок
Луны осколок
и в тишине стоит посёлок дачный
пустой и мрачный.
Здесь можно жить до самых труб небесных:
пейзажей местных,
я думаю, мне хватит до финала.
Мне нужно мало.
Смотреть в окно, кишащее щеглами
и четырьмя углами
отгородиться здесь, построить стены
и постепенно
забыть все имена, своё включая,
не отличая
весны от осени и сна от яви.
Как видно, вправе
на это я. Увидев, что я лишний,
ты всё простишь мне.
Еще далёко мне до патриарха,
Еще на мне полупочтенный возраст,
Еще меня ругают за глаза
На языке трамвайных перебранок,
В котором нет ни смысла, ни аза:
Такой-сякой! Ну что ж, я извиняюсь,
Но в глубине ничуть не изменяюсь.
Когда подумаешь, чем связан с миром,
То сам себе не веришь: ерунда!
Полночный ключик от чужой квартиры,
Да гривенник серебряный в кармане,
Да целлулоид фильмы воровской.
Я как щенок кидаюсь к телефону
На каждый истерический звонок.
В нем слышно польское: "дзенкую, пане",
Иногородний ласковый упрек
Иль неисполненное обещанье.
Все думаешь, к чему бы приохотиться
Посереди хлопушек и шутих, -
Перекипишь, а там, гляди, останется
Одна сумятица и безработица:
Пожалуйста, прикуривай у них!
То усмехнусь, то робко приосанюсь
И с белорукой тростью выхожу;
Я слушаю сонаты в переулках,
У всех ларьков облизываю губы,
Листаю книги в глыбких подворотнях --
И не живу, и все-таки живу.
Я к воробьям пойду и к репортерам,
Я к уличным фотографам пойду,-
И в пять минут - лопаткой из ведерка -
Я получу свое изображенье
Под конусом лиловой шах-горы.
А иногда пущусь на побегушки
В распаренные душные подвалы,
Где чистые и честные китайцы
Хватают палочками шарики из теста,
Играют в узкие нарезанные карты
И водку пьют, как ласточки с Ян-дзы.
Люблю разъезды скворчащих трамваев,
И астраханскую икру асфальта,
Накрытую соломенной рогожей,
Напоминающей корзинку асти,
И страусовы перья арматуры
В начале стройки ленинских домов.
Вхожу в вертепы чудные музеев,
Где пучатся кащеевы Рембрандты,
Достигнув блеска кордованской кожи,
Дивлюсь рогатым митрам Тициана
И Тинторетто пестрому дивлюсь
За тысячу крикливых попугаев.
И до чего хочу я разыграться,
Разговориться, выговорить правду,
Послать хандру к туману, к бесу, к ляду,
Взять за руку кого-нибудь: будь ласков,
Сказать ему: нам по пути с тобой.
Май - 19 сентября 1931
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
