Дождь укрывает город седым плащом,
пережидают в чайных
жители. Шепчутся (не говоря, о чем)
жители. Стынет небо.
Город прокурен и кажется обречен –
лечит эффект плацебо
медленно. Спутаны даты, но можно дни
пересчитать на пальцах.
Срублены чувства, останется выжечь пни,
чтобы не зацепляться
зря. Не копаться в памяти, не мечтать,
как вырастают дети
наши. Ты прав, я была бы плохая мать.
Город, немой свидетель –
думаю о тебе реже теперь, еще
реже теперь тоскую.
Вечер лимонным фонариком освещен.
Приторно (сводит скулы).
Нет аппетита. На ужин в меню – десерт,
как в пресловутых чайных.
Город не спит, за кулисами из портьер
месяц и ночь венчает.
В окнах напротив давно погасили свет.
Город устал и я, но...
Думаю о тебе реже?
Да.
Забудь раздельный звук и призвук слитный,
малороссийский выговор живой
и на пороге малогабаритной
квартиры — поцелуй как таковой.
Забудь пикник на станции Красково,
на станции Кусково перерыв
в движенье поездов. Ещё не скоро.
Прищур окрестной зелени игрив.
Избыток жизни в судорожном теле
и смену поз — не спрашивай зачем.
Спроси, зачем сменяются недели
на месяцы и годы. В «академ»
уходит второкурсница, на третьем
её партнер (по слухам, андрогин)
спивается, становится отребьем.
Но этот слух сменяется другим.
Итак, забудь. Смотри не перепутай,
а то забудешь что-нибудь не то.
Тот выговор, усиленный минутой
беспамятства, и дачное лото, —
дурачится, глядит в кулак и тянет,
мешочек перетряхивает. Ну?!
Подходит поезд, поезд ждать не станет
как таковую молодость одну.
1992
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
