Он, к счастью, не герой бульварного романа,
а истый джентльмен до кончиков ногтей,
и тянется за ним шлейф Дольче-энд-Габбана -
фантазии её горячечных ночей...
Навечно обручён с роялем и стихами,
он очень нехотя выходит на поклон,
в своих пристрастиях он мудро-полигамен -
фантазии её неоценимый сон...
И ждёт она минут, чтоб небо раскололось,
и вновь, и вновь цветы окутало пыльцой:
до исступления её доводит голос
своей особой элегантной хрипотцой...
Симонов и Сельвинский стоят, обнявшись,
смотрят на снег и на танковую колею.
– Костя, скажите, кто это бьет по нашим?
– Те, кого не добили, по нашим бьют.
Странная фотокамера у военкора,
вместо блокнота сжимает рука планшет.
– Мы в сорок третьем освободили город?
– Видите ли, Илья, выходит, что нет.
Ров Мариуполя с мирными — словно под Керчью.
И над Донбассом ночью светло как днем.
– Чем тут ответить, Илья, кроме строя речи?
– Огнем, — повторяет Сельвинский. —
Только огнем.
2022
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
