Вот сижу я у окна
И молчу,
Вот я думаю о чем-то
Своем.
Подойдешь ты, прикоснешься
К плечу
И промолвишь еле слышно:
"Пойдем."
Я кивну, куда идем -
Не спрошу.
Я с тобой, куда бы ты
Ни позвал.
Торопливо одеваюсь,
Спешу.
На вокзал? Ну, хорошо,
На вокзал.
Мы толкаемся в толпе
Городской,
Мы заходим в тесноватый
Вагон.
Мне неловко, но пока
Я с тобой,
Все равно, куда проследует
Он.
Там, где выйдем мы, по пояс
Трава,
Там березы и дубы
Вдоль реки,
Там такая у небес
Синева,
Что лазурным отливают
Зрачки.
Там пичуги с золотистым
Пером,
С шумным трепетом порхают
Из гнезд,
Там стоит в лучах заката
Наш дом,
И привязан у крылечка
Наш пес.
Там под яблоней приятный
Тенек,
Убегает он в вечернюю
Тьму,
Там мне слышится родной
Голосок,
Мальчик, девочка - никак
Не пойму...
Под ногами так земля
Горяча,
Словно солнце здесь коснулось
Земли...
Ты дотронешься опять
До плеча
И с улыбкою мне скажешь:
"Пришли".
Сигареты маленькое пекло.
Тонкий дым разбился об окно.
Сумерки прокручивают бегло
Кроткое вечернее кино.
С улицы вливается в квартиру
Чистая голландская картина -
Воздух пресноводный и сырой,
Зимнее свеченье ниоткуда,
Конькобежцы накануне чуда
Заняты подробною игрой.
Кактусы величественно чахнут.
Время запираться и зевать.
Время чаепития и шахмат,
Кошек из окошек зазывать.
К ночи глуше, к ночи горше звуки -
Лифт гудит, парадное стучит.
Твердая горошина разлуки
В простынях незримая лежит.
Милая, мне больше длиться нечем.
Потому с надеждой, потому
Всем лицом печальным человечьим
В матовой подушке утону.
...Лунатическим током пронизан,
По холодным снастям проводов,
Громкой кровельной жести, карнизам
Выхожу на отчетливый зов.
Синий снег под ногами босыми.
От мороза в груди колотье.
Продвигаюсь на женское имя -
Наилучшее слово мое.
Узнаю сквозь прозрачные веки,
Узнаю тебя, с чем ни сравни.
Есть в долинах великие реки -
Ты проточным просторам сродни.
Огибая за кровлею кровлю,
Я тебя воссоздам из ночей
Вороною бездомною кровью -
От улыбки до лунок ногтей.
Тихо. Половицы воровато
Полоснула лунная фольга.
Вскорости янтарные квадраты
Рухнут на пятнистые снега.
Электричество включат - и снова
Сутолока, город впереди.
Чье-то недослышанное слово
Бродит, не проклюнется в груди.
Зеркало проточное померкло.
Тусклое бессмысленное зеркало,
Что, скажи, хоронишь от меня?
Съежилась ночная паутина.
Так на черной крышке пианино
Тает голубая пятерня.
1973
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.