(подсказываю правильный ответ): Христа. Вы бы с матчастью ознакомились, прежде чем.
подсказываю вам. То как я написал вполне допустимо. Нет тут ни опецатки ни другого.
А в ответе опечатался :)
А можно поинтересоваться, откуда Вы взяли, что это ("Христоса") допустимо?
"Христос, Христа; Христе (звательная форма; Господи Иисусе (Исусе) Христе)"
(Орфографический словать)
Конечно же словаРь. Прошу прощения за опечатку :)
Не поверите, узнавал у преподавателя русского языка в институте. Меня тоже смущала эта строка.
А почему такая форма допустима, Вы у преподавателя не спрашивали? Преподаватели, конечно, люди уважаемые, но они, как и все люди, могут ошибаться. Понимаете в чем дело, правила русского языка предписывают проверять слова по словарям. Мы заглядываем в орфографический словарь и видим - нет такой формы "Христоса". Согласитесь, никакой преподаватель не может ни отменить правила русского языка, ни заменит собой орфографический словарь. Но, возможно, Ваш преподаватель знает какое-то неизвестное мне правило, или пользуется каким-то другим словарем. Если Вам не трудно, узнайте у него - ведь интересно же.
Но, я думаю, скорее всего, ошибается Ваш преподаватель. Скопирую ответ справочной службы русского языка:
"Вопрос № 194840
Очень интересно. Почему мы произносим в именительном падеже Иисус Христос, а в родительном, например, Иисуса Христа (а не Христоса)?
Петреска
Ответ справочной службы русского языка
Сначала об этимологии. Имя Христос - от греч. Hristos, от hrio - "мажу, умащаю". Буквальный перевод: помазанник. В греческом слове -оs - окончание. В русском языке греческие окончания при заимствовании обычно отсекаются, поэтому формы Христа, Христу, Христом закономерны (ср.: дискос, diskos - диск, диску, диском). А вот в именительном падеже окончание осталось, поэтому мы произносим Христос (ср. англ. Christ, без окончания). Вот немногочисленные примеры греческих слов, в которых осталось окончание при заимствовании в русский язык: _демос, демоса, демосу; гидравлос, гидравлоса, гидравлосу; ирмос, ирмоса, ирмосу_ и др."
(грамота.ру)
Это можно исправить ;) Спасибо за информация
(плачед)
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
За окошком свету мало,
белый снег валит-валит.
Возле Курского вокзала
домик маленький стоит.
За окошком свету нету.
Из-за шторок не идет.
Там печатают поэта —
шесть копеек разворот.
Сторож спит, культурно пьяный,
бригадир не настучит;
на машине иностранной
аккуратно счетчик сбит.
Без напряга, без подлянки
дело верное идет
на Ордынке, на Полянке,
возле Яузских ворот...
Эту книжку в ползарплаты
и нестрашную на вид
в коридорах Госиздата
вам никто не подарит.
Эта книжка ночью поздней,
как сказал один пиит,
под подушкой дышит грозно,
как крамольный динамит.
И за то, что много света
в этой книжке между строк,
два молоденьких поэта
получают первый срок.
Первый срок всегда короткий,
а добавочный — длинней,
там, где рыбой кормят четко,
но без вилок и ножей.
И пока их, как на мине,
далеко заволокло,
пританцовывать вело,
что-то сдвинулось над ними,
в небесах произошло.
За окошком света нету.
Прорубив его в стене,
запрещенного поэта
напечатали в стране.
Против лома нет приема,
и крамольный динамит
без особенного грома
прямо в камере стоит.
Два подельника ужасных,
два бандита — Бог ты мой! —
недолеченных, мосластых
по Шоссе Энтузиастов
возвращаются домой.
И кому все это надо,
и зачем весь этот бред,
не ответит ни Лубянка,
ни Ордынка, ни Полянка,
ни подземный Ленсовет,
как сказал другой поэт.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.