Я люблю работу: она захватывает меня целиком. Я могу часами сидеть и смотреть, как другие работают
(Джером Клапка Джером)
Мейнстрим
24.01.2012
Игорт нарисовал ужасающую Россию
Во Франции издана книга комиксов о зверствах российских солдат против мирного чеченского населения...
Проживающему в Париже итальянскому художнику Игорту не дает спокойно спать мечта о лаврах диссидента и правозащитника. Как сообщает со ссылкой на «Le Nouvel Observateur» и информацию от «MIGnews» новостная лента агентства , во Франции издана его книга комиксов о зверствах российских солдат против мирного чеченского населения. Содержимое альбома основано на данных, собранных убитой журналисткой Анной Политковской.
Прежде чем войти в бессмертие путем поднятия голоса в защиту обездоленного чеченского населения художник-правдоруб предпринял двухлетнюю поездку по городам и весям Украины и России, в ходе которой сделал важные для себя выводы. «Россия есть пример фальшивой демократии, — со знанием дела внушает маэстро в интервью “«Le Nouvel Observateur»”. — Об этом надо повсюду говорить и везде рассказывать. Официально Чечня — “русское дело”, но я считаю, что люди не имеют права отворачиваться от этого вопроса. Поэтому я приступил к работе и стал рассказывать об ужасающей России, которая угрожает правам человека. Советологи называют ее “демократурой”». Кстати, другим ужастиком Игорта стал альбом комиксов «Украинские тетради» («Les Cahiers Ukrainiens»), повествующий о том, как Сталин возжелал уничтожить украинский народ посредством голодомора.
Трогательная история в картинках об «ужасающей России», естественно, умалчивает о том, как обстоят дела с правами человека в самой Франции, в ней не упоминается ни об участии этой страны в так называемой операции против Ливии, ни даже о том, как французские солдаты минировали жилые дома, уходя из Алжира. Автору это не интересно. Игорт подчеркивает, что изо всех сил старался не выходить за рамки этики, например рисовать исключительно силуэты и по мере возможностей обходиться без преувеличений. Тем не менее, ради придания своему проекту привкуса героизма он не преминул озабоченно констатировать, что в Россию ему теперь лучше не приезжать.
Книжка объемом 172 страницы уже продается в книжных магазинах Франции по 22 евро за штуку.
Хотелось бы поесть борща
и что-то сделать сообща:
пойти на улицу с плакатом,
напиться, подписать протест,
уехать прочь из этих мест
и дверью хлопнуть. Да куда там.
Не то что держат взаперти,
а просто некуда идти:
в кино ремонт, а в бане были.
На перекресток – обонять
бензин, болтаться, обгонять
толпу, себя, автомобили.
Фонарь трясется на столбе,
двоит, троит друзей в толпе:
тот – лирик в форме заявлений,
тот – мастер петь обиняком,
а тот – гуляет бедняком,
подъяв кулак, что твой Евгений.
Родимых улиц шумный крест
венчают храмы этих мест.
Два – в память воинских событий.
Что моряков, что пушкарей,
чугунных пушек, якорей,
мечей, цепей, кровопролитий!
А третий, главный, храм, увы,
златой лишился головы,
зато одет в гранитный китель.
Там в окнах никогда не спят,
и тех, кто нынче там распят,
не посещает небожитель.
"Голым-гола ночная мгла".
Толпа к собору притекла,
и ночь, с востока начиная,
задергала колокола,
и от своих свечей зажгла
сердца мистерия ночная.
Дохлебан борщ, а каша не
доедена, но уж кашне
мать поправляет на подростке.
Свистит мильтон. Звонит звонарь.
Но главное – шумит словарь,
словарь шумит на перекрестке.
душа крест человек чело
век вещь пространство ничего
сад воздух время море рыба
чернила пыль пол потолок
бумага мышь мысль мотылек
снег мрамор дерево спасибо
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.