Если ваши нравственные устои вгоняют вас в тоску, знайте: ваши нравственные устои никуда не годятся
(Роберт Стивенсон)
Вся лента рецензий
Ответ: Ясно, но расстраиваться из-за этого не стоит.
У реки можно постоять в любое другое время — и с друзьями, и без ложного пафоса. Ответ: Спасибо! Ответ: Ну как в чем кайф? Для меня просто постоять на берегу Невы кайф. А тут ещё и белая ночь, и корабли, и счастливые люди вокруг. Другой вопрос, что это скорее праздник для юношества, у взрослых другие праздники. Что там говорит какой-то Беглов, какая разница? Однажды ,я пролез без билета, на рок-фест через забор в Горький парк. Там было, даже, оцепление милицейское по периметру, но я как-то умудрился. В чём кайф этого мероприятия? Я послушал выступление Беглова на парусах, честно говоря, не впечатлило. С получением аттестата! Скорее всего, наверху о вас просто забыли, а те, кто снизу побоялись брать на себя ответственность. Но, думаю, вам как людям взрослым, можно было самим себе устроить праздник: собраться в компании и отметить, может даже на катере покататься по Неве. Ответ: Я про рассказ "Машка и Мишка". Ответ: Привет) Да, можно сказать, экспериментальное. В несвойственном мне стиле :) "В Божественной Иерархии нет понятия «вера», но существует единоверие в Высшие законы мироздания..."
"Единоверие – это общая вера множества индивидуумов во что-то одно"
Следовательно, если нет веры, то нет и единоверия. Ответ: Конечно, эта машинка не так хороша, как у Сандро и я сама ничего не подправляла, но.. но тоже сойдёт.. )) Грозовое небо над аэродромом напоминало разлитый свинец — тяжелое, бугристое, дышащее ледяной сыростью. Шквальный ветер с корнем вырывал остатки здравого смысла, а тучи висели так низко, что, казалось, цепляли крыло старого «АН-2». На борту их было двое. Пашка и Дашка. Они сидели друг напротив друга в полумраке трясущегося фюзеляжа, зажатые между массивными ранцами парашютов и собственной обреченностью.
Сирена завыла, разрезая гул двигателя, и загорелся грязно-красный фонарь: «Выход». Выпускающий инструктор уже давно махнул на них рукой и остался на земле — этот подъем был билетом в один конец, и все всё понимали.
— Погнали! — крикнула Дашка, перекрикивая рев мотора. В ее глазах горел тот самый нездоровый, лихорадочный блеск, который Пашка наблюдал последние месяцы. Блеск человека, который пытается сжечь себя изнутри, лишь бы не чувствовать холод.
— Ты свихнулась, дура! — Пашка перехватил ее за руку, пальцы скользнули по холодной ткани комбинезона. — В такую грозу купола сложит к чертям! Мы не выживем, Даш! Это не прыжок, это самоубийство!
— Я не дура, я просто хочу почувствовать, что еще жива! — Она резко вырвала руку. В ее голосе не было страха, только глухая, звенящая пустота. — Этот гребаный мир со своими правилами и вечным серым дождем душит меня. У меня было столько планов, Паш... Столько планов! А теперь осталась только эта высь.
— Дуреха, ты там только сдохнуть успеешь, — тихо, почти беззвучно произнес он, понимая, что слова больше не имеют веса.
— И пускай! Это лучше, чем гнить здесь, с тобой, в этой медленной, удушающей скуке и бесконечной тоске!
Она безумно улыбнулась — улыбкой, от которой веяло могильным холодом, — развернулась и шагнула в разверзнутую бездну.
Пашка рванулся к обрезу двери. Сквозь пелену бешеного ливня он увидел ее. Дашка успела раскрыться, но стихия не прощает ошибок. Мощный нисходящий поток воздуха ударил в купол, сминая его, как тряпку. Дашка вскинула голову назад, вверх, прямо на Пашку. На долю секунды сквозь пелену дождя и молний он разглядел ее лицо. На нем больше не было безумного восторга — только животный, первобытный ужас и полное непонимание того, почему смерть оказалась такой быстрой и беспощадной. В следующую секунду очередной порыв ветра швырнул ее сложенный парашют вниз, в серую хмарь, навстречу невидимой земле.
— Дуреха... — прошептал Пашка, прижимаясь лбом к холодному металлу обшивки. — Какая же глупая баба... Господи.
Гроза снаружи взревела с новой силой, швыряя самолет из стороны в сторону. Вокруг была лишь пустота, темнота и шум воды. Пашка посидел на полу еще минуты две, глядя на пустые стропы страховки. Медленная, удушливая реальность затягивала петлю на его шее.
Он поднялся, подошел к краю, даже не проверяя вытяжное кольцо, и... шагнул следом в грозовую тьму. Привет.) Я бы сочла это стихотворение у тебя экспериментальным. Есть, мне кажется, небольшой перебор, вспомни "Пусть в небесах горят паникадила.." )) Ответ: Как-то всё наоборот. Но спасибо! :) Ответ: О, какое интересное сравнение! :)
Спасибо, Лимерика! Ответ: Спасибо, Виталий!
Ну, надо ж как-то расти :) Похоже на картины-образы Сальвадора Дали Джунгли, образов, однако.
Крутое произведение. Осень. Декабрь
Лето. Июнь. Ты написала это раньше.
Трава уже сгорела.
Женский суслик спрятан в соцветиях липы.
Он есть.
Этого оказалось достаточно
для охоты.
Мужская пантера на ветке уснувшего тополя
молчит весом тела.
Напряжением связок.
Ждёт.
Слова-шприцы, наполненные пустотой —
чьи руки держали иглу?
Это важно.
Антилопа стиха не убегает от пантеры.
Она убегает от газона,
от жёлто-бурого сена,
от июня, который не кончается.
Чёрные птицы клюют то, что блестит.
Им всё равно, чьё.
Дождь придёт.
Суслик уснёт.
Трава прорастёт сквозь то,
что казалось пустынной землёй.
Тополь проснётся
и скинет пантеру сам. Ответ: Сандро, без Вас жизнь на Решётке стала бы серой! Спасибо за позитив! Напомнило рассказ О.Генри, не помню как называется, там два молодых человека гуляли под дождём. А, вспомнил - "Пурпуровое платье". |
| Страницы: << 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 >> |
